Deutsch

Семейные истории

14.01.19 22:15
Re: Семейные истории
 
Emilinda коренной житель
Emilinda
в ответ Emilinda 14.01.19 19:28

Окончание истории.


ЛЕНА


2.

Жизнь в Берлине у них почти молниеносно, прямо как по волшебству, наладилась. Гражданство они получили практически сразу, дипломы им тоже признали. Лена получила место доцента на кафедре славистики в Берлинском университете — преподавала советскую литературу, муж ее купил дом и действующую стоматологическую практику (владелец уходил на пенсию) и сразу начал работать — он был отличный специалист, плюс знал несколько языков — немецкий, русский, латышский, так что дела у него сразу пошли в гору. Лена, помимо преподавания в университете, занялась издательской деятельностью — ее специальностью стали наши советские писатели-деревенщики, переводы которых она проталкивала в немецкие издательства. Это позволяло ей на законных основаниях периодически бывать в Союзе — ведь там оставались мать и брат, которых она поддерживала материально.


В общем, жизнь била ключом, все были довольны и счастливы, как вдруг грянул гром среди ясного неба: Лена узнала, что у её мужа роман со своей Helferin. Причем не с чьих-то слов, а увидела все своими глазами, так что мужу пришлось каяться — отрицать ничего он не мог, а разводиться не хотел. Для Лены это было как удар ниже пояса, она-то считала, что ее дом — ее крепость, а оказалось, что никакая не крепость — так, соломенная хатка. Девица была из наших — с Украины, то ли из Киева, то ли из Харькова, по всем статьям сильно проигрывала Лене, но была значительно моложе ее, лет на 10, хотя тоже уже не девочка. Лене было тогда около сорока, но выглядела она замечательно, только волосы потемнели, так что приходилось их красить, чтобы по-прежнему оставаться яркой блондинкой. Морщин у нее практически не было — она была похожа на отца, маминого брата, а у нас это семейное — до старости гладкая кожа. Легкая полнота ей даже шла. В общем, она почувствовала себя оскорбленной до глубины души, но бодягу с разводом затевать не стала, она была дама практичная, понимала, что лучше сохранить статус жены, да и менять привычный образ жизни не хотелось. И ради сына стоило потерпеть — он как раз поступил в университет, трепетно любил и маму, и папу, зачем ставить его перед выбором, заставлять решать — на чьей он стороне, ему не до того. Так что она сказала мужу, что он свободен — может жить, как хочет и с кем хочет, но и она тоже свободна от каких-либо обязательств перед ним. Видимость семьи они сохранили, даже на людях появлялись вместе, в гости ходили, к себе гостей приглашали. Только не спали друг с другом, хотя муж периодически порывался вернуть былые отношения. Но Лена не чувствовала к нему ничего, кроме гадливости, какое-то физическое отвращение на подсознательном уровне, хотя не раз пыталась убедить себя, что мужчины — они все такие, самцы, даже лучшие из них, одной женщины им мало. Убедить себя не получалось, даже запах мужа стал ей ненавистен, она старалась держаться от него подальше.


Так они жили какое-то время, а потом Лена уехала в Москву по издательским делам, а заодно и раны залечивать — походить по театрам, пообщаться с мамой, хоть и по телефону - из Берлина это было в те времена практически невозможно...И там, в Москве, она познакомилась с известным оперным певцом, народным артистом СССР, он пел тогда в Большом театре. Певец - тенор, внешне очень похожий на Паваротти, был родом из Еревана, пел вначале в Ереванском оперном театре, но после трех лет стажировки в Милане, в Ла Скала, его пригласили в Большой. Так он и жил на два дома — в Ереване жена с детьми, он туда изредка наведывался, а он — либо в Москве, либо на гастролях.


Лену он увидел во время спектакля, она сидела в зале, в одном из первых рядов. Увидел — и у него крышу снесло, иного слова и не подобрать. Лена во время спектакля чувствовала себя не очень уютно — певец пел партию Герцога из Риголетто, ни на секунду не отрывая от нее взгляда. Лена решила, что он из тех артистов, которые поют не для всего зала, а выбирают себе кого-то одного, для кого и поют, им так легче. Но в антракте к ней подошел администратор, передал от него записку — там был номер телефона, артист просил, можно сказать, умолял ее позвонить ему… Лена в молодости никогда не велась на такие мольбы, а тут решила — а, черт с ним, ну, позвоню, он же меня в постель насильно не затащит, а если и затащит, я женщина свободная, верность мне хранить некому. На полноценный роман она как-то не рассчитывала, у нее оставалась всего неделя до отлета в Берлин.


Однако роман получился не только красивый и полноценный — с конфетами, букетами и предложением руки и сердца, но и с продолжением… «Ну, какая может быть рука, какое сердце, если ты женат, я замужем, да к тому же мы живем в разных странах»,- сказала Лена. «Я разведусь, ты разведешься, а уж страну я как-нибудь поменяю»,- ответил певец.

Истинная свобода не в том, чтобы делать то, что хочешь, а в том, чтобы не делать того, чего не хочешь.
 

Перейти на