Не прельщайтесь впечатлением, меня давно уже разоблачили как тупого, с нездоровой психикой человека :) http://foren.germany.ru/showmessage.pl?Number=12269929&Board=lepro
А если по делу, то Ваш основной вопрос на самом деле звучит так : Зачем и почему мой ребёнок вынужден(!) весь этот религиозный бред учить? На него я могу лишь ответить, что он некорректно сформулирован, потому что Ваш ребёнок вовсе не обязан учить религию, если Вы, как родитель, против этого. Вам это и без меня на трёх страницах неоднократно говорили. Поэтому вопрос контекстный "почему?" отпадает сам собой. Это на уровне объективной логики. На субъективном уровне ответ дан Вами самим же - потому что это "бред" по-Вашему.
На "маргинальный" вопрос -- "как обстояло дело с религиозным обучением в Германии раньше", который возник как один из отголосков основного, можно ответить, что тевтонцы-варвары были наследниками Римской Империи, многие последние императоры были из германцев, и, естественно, христианство было перенято народами, жившими на территории сегодняшней Германии, вошло в их быт и существовало во все времена и было естественным как облака на небе. С появлением протестантства появились регионы с большими или меньшими предпочтениями, католичеству пришлось потеснится. Но христианство как часть жизни никуда не исчезало. Нацисты возродили много языческих обычаев, но активно, как в России, не нападали на церковь. Но и не церемонились - берлинский священник Бернхард Лихтенберг был рутинно убит за то, что осмелился публично молиться за евреев. После войны немцы всеми силами пытаются поставить жирный крест на своём нацистком прошлом и произошло (да и происходит) это парадоксальным образом. Немцы стали приземлёнными (никаких Рейхов - ни третьих, ни четвёртых), практичными (к примеру - торговать с соседями стали мастера, а не отбирать у них всё войной) и сосредоточились на материальном мире, на "простых" радостях, попросту вдарились в гедонизм (Love Parade - одно из следствий этого гедонизма), но удивительное дело - порнография стала в Германии обыденностью, частью жизни, которая, в тоже время, не мешает немцам быть добродетельными (в делах, надо заметить, а не только на словах).