Привет!
(Можно "на ты" ).
Так в том-то и дело, что сранивать не с чем. Ты бы видела финальную сцену в старом фильме, как там ждал Максим Максимович, какие были эмоции, каким ледяным холодом обдал его Печорин-Ивашов.
А грязь... Ты, возможно, не обратила внимания, но в новом фильме грязи вроде бы полно кругом, но она не пачкается.
А в той финальной встрече, когда Максим Максимович бежал (его издалека начали показывать), эта жижа брызгала из-под сапог, запачкала его шинель, кажется, он в ней чуть не подскользнулся.
Понимаешь, в старом фильме реально всё, сцены нового фильма превосходят старый только в ласках Печорина и Веры; в те годы даже такое бы не пропустили, тем более в экранизации классики. Но это и не важно, жанр другой, можно было и без этого обойтись. А вот всё остальное, сделать труднее.
Грушницкий да, хорошо сыгран. Колокольников замечательно показал три его образа: сначала рубахи-парня, затем подлеца и в самом конце, когда он оказался на краю пропасти под дулом Печорина, с двух сторон зажатый между смертью и своей совестью. Эти его красные, влажные глаза...
Сильно, очень сильно. В старом фильме неминуемая смерть Грушницкого не выглядела так страшно и настолько реально.
Кстати, актёр, сыгравший Рокотова, тоже подобран удачно, да и справился со своей ролью отлично.

Так ведь правильно, такой Печорин и есть, больше интраверт, чем экстраверт. Этот его голос за кадром, когда он рассуждает о смысле жизни, о предстоящей дуэли, на которой собирался погибнуть... Голос Ивашова вдумчивый, монотонный, такая интонация замечательно ложится на смысл сказанного.
Петренко же переигрывает. Своему голосу с ребяческими нотками он силится придать важности, а в итоге лермонтовский текст звучит в его устах неубедительно.
Старый фильм я смотрел много раз. В те годы, когда он только появился, телевидение не баловало развлекательными программами.
И вот я, школьник начальных классов, смотрел ту самую финальную сцену встречи и переживал её так же, как готов был пережить вчера, когда смотрел новую версию. Но, увы... В новой интерпретации она меня не тронула.

С этим не спорю. Сам чуть не приревновал заочно Веру к Печорину, потому как мужчина.