Вот этим мы от них и отличаемся.
Я заметила, что наши всегда готовы признать вину ребёнка хотя бы частично, потому что понимают, что это ребёнок, и ребёнок, в принципе, что-нибудь эдакое может сотворить. Поэтому делаем скидку на "сарафанное радио" и хотя бы извиняемся частично. Остальные же костьми лягут, но будут на последнем издыхании твердить: "мой ребёнок такого сделать не мог!"
И я стала со временем понимать, почему они так делают. Потому что даже частичное признание вины - это взможность последствий. А они являются очень нежелательными. Поэтому сразу же агрессия, морда кирпича просит и вперёд, грудью на амбразуру! Моего пацан укусил за спину, а его маман бежала ко мне, теряя обувь, чтоб сказать, что это мой сын виноват в том, что её сын укусил моего за спину до гематомы через одежду. Я её выслушала, ничего не сказала. Мы просто подождали реакции школы на нашу письменную жалобу с приложенной справкой из праксиса о телесном повреждении. И, как я и ожидала, всё оказалось ровно наборот: это её ребёнок повёл себя, как животное, сиганув на спину нашему, когда тот шёл мимо. И два учителя не успели того оттащить. Кстати, после нашей жалобы мы вообще перестали слышать об этом мальчике, хотя он по-прежнему учится в одном классе с нашим. Но такое ощущение, что его там нет. Родители смотрят букой, но это дело даже не десятое, а сто десятое.
Так что, я сделала для себя ряд выводов:
1. Никогда не беседовать с родителями в попытках найти истину.
2. Никогда не высовываться с признанием вины за ребёнком, пусть даже частично из предположения, что такое могло всё же быть.
3. Не питать иллюзий по поводу хороших отношений с окружающими. Они ровно до тех пор, пока ты не попытаешься отстоять свои интересы.