Из России с "Иглою".
В ответ на:Они для меня повстанцы.
Ваше определение мне уже запомнилось. Но вопрос: если любой бандит и террорист (разрешите мне оставаться при моих определениях) станет прикрывать теракт, вооруженные нападения (например с целью грабежа) политичесикми целями, он автоматически превращается в постанца и получает от общества некий карт-бланш на проведение любых акций? Являлся ли повстанцем Бараев, захвативший центр на Дубровке? Ведь он тоже требовал вывода рос. войск из Чечни, причем в при всем желании практически неосуществимые сроки. Или давайте говорить обобщенно. Жизнь, к сожалению, постоянно дает нам сегодня примеры политических требований и последующей угрозы или осуществления терактов. Является ли повстанцем некий А, заминировавший здание в городе Б, если страну В не покинут войска страны Г или если мистер Д, президент страны
В, не подаст в отставку?
В ответ на:Они для меня бандиты.
Приятно, что у нас в одном пункте общее мнение.
В ответ на:Тем не менее Россия в 19 веке 40 лет там воевала.
Согласен, Россия там воевала. Но, если проанализоровать тогдашнюю ситуацию, Россия выбрала "неподходящий" момент (если это понятие подходит к данному историческому процессу) для экспансии на Кавказ. Именно в те годы произошел некий слом правового самосознания чеченцев в связи с кратковременным распространением шариата, вытеснявшего традиционный адат. Кроме того, Шамилю удалось достигнуть ключевой договоренности между четырьмя основными тейпами, что автоматически сделало его на то момент лидером общенационального масштаба. Это, скажем так, один случай на миллион, совпадение множетсва факторов, А тут совсем несктати появились русские... (Я немного
огрубляю). В тогдашнем российском руководстве нашлись умные головы, которые умело совмещали метод кнута и прянника. Тот же Ермолов действовал,в первую очередь, не силой оружия, а искусством переговоров и уважением национальных традиций. При его ставке находилось до 40 советников "по чеченчскому вопросу", он знал лично многих старейшин тейпов и умел договариваться. Умело поддерживался адат, не обижалось мусульманское духовенство, использовались противоречия тейпов. Шамиль не был казнен, а отправлен в почетную ссылку. Ему был разрешен хадж, в пути он и умер. Правильнее будет сказать, что Чечня была не завоевана, а замирена, даже в более сложной, чем сегодня, для России ситуации. Сравнивать нынешнее и тогдашнее положение вещей возможно, но говорить об идентичности недопустимо с исторической и политической точек зрения.