А откуда это следует, что не знаком? Суть моей реплики была не в обсуждении, каковы выводы уважаемой комиссии, а в том каков для начала ее статус и полномочия. Была ли комиссия независимой,
имела ли полную свободу и полномочия разрабатывать ЛЮБУЮ версию событий и обнародовать ЛЮБЫЕ результаты.
..
Сложившаясе тогда ситуация сводила выбор виновника преступления ( а то что это было чудовишное преступление, признали все стороны) к выбору одного из двух. Обвинение одной из возможных подозреваемых сторон означало оправдание другой и наоборот. Посему для СССР (вернее его правяшего режима) вопрос был не только в обвинении Германии, но и в оправдании себя любимого.
В условиях того времени это означало: либо Бурденко и его комиссия пишут требуюшееся от них заключение, либо не будет ни комиссии ни лично Бурденко и история доблестных органов обогатится еше одним раскрытым диверсионно-шпионским заговором в среде медицинских работников.
..Продолжу позже, должен убегать.