Эмоциональные мотивы (типа "возмущения наглыми провокациями") редко бывают истинной движущей силой при принятии политических решений. Такие мотивы могут использоваться для "зажигания толпы", оправдания каких-либо действий, аппеляции к "воле народа" и т.п. пропагандистских трюков, но в основе политики лежит как правило голый расчёт.
Ситуация с "войной вокруг памятников", при всей её внешней скандальности, объективно оказалась выгодна обеим противоборствующим сторонам. В России эта ситуация способствовала определённой консолидации общества - понятно, что противников таких памятников гораздо меньше, чем противников российского руководства. Таким образом, противостоящие друг другу по политическим и социальным вопросам силы в данном случае оказались по одну сторону баррикад.
Эстония же с помощью этой ситуации вероятно попыталась прощупать, насколько её союзники по Евросоюзу готовы отстаивать интересы Эстонии в международных политических конфликтах, а заодно лишний раз продемонстрировала (хоть и достаточно неуклюже, видимо из-за недостатка соответствующего опыта) свою преданность "клубу", в который сравнительно недавно была принята. Теперь этим же хочет заняться и Польша. Возможно, что и у других новообращённых членов Евросоюза теперь появится желание "проверить на вшивость" своих новых друзей, одновременно доказывая им свою лояльность, а кроме того, продемонстрировать Евросоюзу свою особую "восточноевропейскую солидарность", с которой тому так или иначе придётся считаться.
В несколько нелепом положении оказались "старые" члены Евросоюза, которые с одной стороны вроде бы должны вступиться за своих восточноевропейских союзников, а с другой весьма неоднозначно относятся к скандальным акциям по устранению или переносу памятников людям, воевавшим против фашизма.
Во всей этой истории неприятно то обстоятельство, что инструментом для политических игр и "проверок" была избрана память о тех, без кого Европа в её нынешнем виде сегодня просто не существовала бы. Впрочем, политика, как я уже писал, является делом безэмоциональным и нередко довольно циничным (если не сказать бесстыдным).