Антисемитизм и право

Он был самым известным спортсменом Италии. Нацисты и не подозревали, что его велосипед спас сотни жизней.

Италия, 1943 год. Немецкие войска оккупировали страну после падения правительства. Еврейские семьи, которые жили в Италии на протяжении нескольких поколений, теперь подвергались преследованиям, их сгоняли и отправляли в лагеря в запломбированных вагонах для скота. Сельская местность представляла собой лабиринт военных контрольно-пропускных пунктов. Дороги были забиты вооруженными солдатами. Никто не передвигался без документов. Никто не выезжал без досмотра.

Никто, кроме Джино Бартали.

В свои 29 лет Бартали был не просто велосипедистом. Он был национальной иконой. В 1938 году он выиграл Тур де Франс и стал победителем самой изнурительной гонки в мире. Он несколько раз побеждал на Джиро д'Италия. Его лицо появилось в газетах по всей стране. Дети носили его свитера. Когда он проезжал по городу, толпы людей собирались, чтобы поприветствовать его.

Солдаты на контрольно-пропускных пунктах знали его в лицо так же хорошо, как и их собственные командиры.

И Джино Бартали понял, что обладает чем-то более ценным, чем любая медаль: способностью скрываться у всех на виду

Однажды пришло сообщение от кардинала Элии Далла Косты из Флоренции. Кардинал тайно координировал работу сети по спасению еврейских семей, скрывавшихся в монастырях и частных домах, где у них были документы, удостоверяющие личность, которые могли означать разницу между жизнью и смертью. Но они не могли перевезти их. Каждого курьера, которого они отправляли, останавливали, обыскивали и арестовывали.

"Нам нужен кто-то, кого солдаты не будут искать", - сказал кардинал.

Бартали сразу все понял. "Я пойду".

Его план был смелым в своей простоте. Он говорил всем, что готовится к следующей большой гонке. Он носил спортивную майку со своим именем на груди. Он ездил по маршрутам между Флоренцией и Ассизи, иногда преодолевая 250 миль за один день, расстояния, которые казались безумными любому, кто не был знаком с профессионалами.

Но перед каждой поездкой, в уединении своего дома, он совершал свой особый ритуал.

Он аккуратно отвинчивал стойку сиденья и руль от своего велосипеда. В полые стальные трубы рамы он складывал фотографии и поддельные документы: свидетельства о крещении, удостоверения личности, продовольственные книжки. На бумаге было все, что нужно еврейской семье, чтобы стать итальянцами-католиками. Затем он собирал все воедино, садился на велосипед и отправлялся на контрольно-пропускной пункт.

Когда солдаты остановили его, а они остановили, у него уже был готов сценарий.

"Джино Бартали! Чемпион! Можно нам сфотографироваться? "

Он улыбался, разговаривал, раздавал автографы. А когда они подошли к его велосипеду, он стал настойчивым, заботливым.

"Пожалуйста, не трогайте велосипед! Каждая деталь идеально откалибрована. Если вы что-то подправите, даже самую малость, это нарушит баланс. Через несколько недель мне нужно участвовать в гонках!"

Военные, награжденные звездой и не желающие портить экипировку национального героя, отступали на шаг назад. Они махали ему, чтобы он проезжал. Они никогда не думали, что внутри рамы велосипеда, которым они восхищаются, спрятанные в миллиметрах полой стали, находятся документы, которые спасут целые семьи.

Бартали проезжал мимо пулеметов. Он проезжал мимо танков. Он проезжал мимо колючей проволоки и военных колонн. Он ехал под дождем, в летнюю жару, изнемогая от усталости, которая не имела ничего общего с тренировками, а была вызвана страхом. Если бы нацисты обнаружили хотя бы один поддельный документ, его казнили бы на обочине дороги - его жена и дети, вероятно, тоже были бы убиты.

Но он не бросил курьерскую службу.

В своей собственной резиденции, в потайной комнате в подвале, Бартали спрятал семью Гольденбергов. Еврейские беженцы, которым некуда больше идти. Каждый день он приносил им еду. Каждую ночь он молился, чтобы их не обнаружили. Каждое утро он просыпался и снова делал выбор: рискнуть всем.

К моменту окончания войны в 1945 году секретная сеть Бартали спасла около 800 еврейских жизней. Восемьсот родителей, детей, бабушек и дедушек, которые выжили благодаря тому, что велосипедист использовал свою славу как оружие против тирании.

Когда пришло освобождение, Бартали просто вернулся к гонкам.

В 1948 году, в возрасте 34 лет, когда большинство спортсменов уже давно вышли на пенсию, он ошеломил мир велоспорта, снова выиграв Тур де Франс. Прошло десять лет после его первой победы. Пресса засыпала его вопросами. Они хотели знать, как он тренировался в годы войны. Что он делал?

Он улыбнулся и ничего не сказал.

В течение следующих 52 лет Джино Бартали никогда публично не говорил о том, что он сделал. Когда его сын спросил о слухах о героизме военных лет, Бартали ответил: "Добро - это то, что ты делаешь, а не то, о чем ты говоришь. Некоторые медали прикреплены к твоей душе, а не к пиджаку".

Он умер в мае 2000 года в возрасте 85 лет, так и не рассказав о своих действиях на войне.

Только после его смерти семья обнаружила дневники, письма и документы. Только тогда выжившие сообщили о случившемся. Дети и внуки семей, которых спас Бартали, начали делиться своими историями. Здесь фотография, там поддельный документ. Свидетельства пожилых сторонников, которые сотрудничали с ним.

В 2013 году, спустя тринадцать лет после его смерти, израильский мемориал жертв Холокоста "Яд Вашем" признал Джино Бартали праведником народов мира - честь, оказанная неевреям, которые рисковали своей жизнью, чтобы спасти евреев во время Холокоста

Велогонщик-чемпион, который когда-то занимал призовые места на пьедестале почета, наконец-то получил признание за победы, которые действительно имели значение. Не за выигранные гонки, а за спасенные жизни. Не за медали, украшавшие его куртку, а за медали, украшавшие его душу.

Джино Бартали доказал то, о чем мир должен помнить: героизм не всегда громок. Иногда это человек на велосипеде, который едет по вражеской территории с документами, спрятанными в полых стальных трубках, и мчится не ради славы, а ради человечества.