война Израиля и Палестины

Игорь Губерман:

В дремучих джунглях рухнул самолет,

Спаслись лишь трое - ни один не ранен:

Американец Джек, француженка Шарлотт

И молодой Арье-израильтянин.

Из-под обломков вылезши едва,

Задумались: как выбраться отседа?

Вдруг появилась местная братва,

Как выяснилось вскоре - людоеды.

В мгновенье ока повязали всех троих,

Не разбирая, где мужик, где леди.

А потому что главное для них -

Побольше человечины в обеде.

Но перед тем, как бросить их в котёл,

Вращая кровожадными глазницами,

К кострищу вождь свирепый подошел:

"Последнее желанье по традиции!"

Американец сразу прокричал:

"Стейк толщиной в два дюйма, пинту пива!"

Поел, попил - да и в котел попал

Под ликование толпы визгливой.

Француженка сказала: "Сильвупле,

Дон Периньон и аспарагус с пармезаном!"

А на десерт в дымящемся котле

Ее заждался Джек-американо.

Израильтянин поглядел кругом

И молвил: "Я хочу бейта ба-тахат*!"

Вождь обалдел: "Ты тронулся умом?

Что за фантазии такие, муха-бляха?"

Однако же, традиции - закон.

Израильтянин повернулся задом -

И вождь, как огнедышащий дракон,

С разбегу пнул Арье, под гогот стада.

Израильтянин отлетел - но быстро встал,

Улыбка на лице его играла,

Невесть откуда автомат достал -

И расстрелял вождя и каннибалов.

Американец вылез из котла,

Француженке подал учтиво руку.

И оба удивились: "Ну дела!

Откуда у тебя такая штука?

Мерси боку! Спасибо, дорогой!

Но почему ты не разделал гадов,

Не дожидаясь, чтоб тебя ногой

Пинал дикарь безжалостный по заду?"

Арье ответил: "Я б опередил.

Зато у вас теперь нет повода для бреда

О том, что вновь Израиль проявил

Неправомерную жестокость к людоедам".