Кто чем занимается? (2)

Попробую предложить тебе другую точку зрения.

И я попробую))

Это было «спасением» - они прошли через дверь с визами в паспортах, с надеждой в глазах и мандариновой эйфорией в груди. И вот они-люди, выигравшие в «лотерею», из разных уголков «рухнувшего мира», в благополучной незнакомой стране. Мечта, наконец, облекалась в формы ухоженных улиц, красивых башен и обещаний, данных самим себе.

Они дышали воздухом свободы, пили воду из чистых фонтанчиков в парках, писали восторженные посты в соцсетях на фоне достопримечательностей - сладкий туман новизны. Помогали друг другу переводить документы, делились контактами арендодателей, вместе восхищались эффективностью системы, которая их приняла - обетованная земля по правилам.

Но почва под ногами была зыбкой. Она состояла из статуса, который нужно было постоянно подтверждать - тревога, тихая и фундаментальная, точила их изнутри. Страх неудачи, неконкурентоспособности, слишком медленного роста на фоне блестящих соседей. Эйфория рассеялась. Осталась рутина: работа, аренда, налоги. И первая трещина прошла не между «местными» и «ими», а внутри их собственной группы. Взгляд на «соседа в одной лодке» стал меняться. Он уже не был просто земляком. Он стал конкурентом за «ограниченный» ресурс. Его успех перестал радовать. Он начал напоминать о твоих собственных недостижениях.

Появились «быстрые» — те, кто получил «повышение», купил машину, квартиру, построил дом. И «медленные» — те, кто топтался на месте, кто пятый раз продлевал временный вид на жительство. «Быстрые» выработали на языке страны, где стерта вся предыдущая «профессиональная» история, свой язык — намёков на связи, снисходительных советов, демонстративной занятости. «Медленные» начали говорить на языке оправданий и тихой зависти. Внутригрупповое взаимодействие изменилось, появилась травля и новый идол — Персональный Успех, измеряемый в годовых окладах, квадратных метрах и баллах в системе иммиграционных рейтингов. Ему приносят в жертву всё: вечерние душевные (подчеркнуто) посиделки, помощь попавшему в беду, родной «язык» в публичном пространстве, даже воспоминания о том, кем ты был до приезда. Ты предаёшь не человека — ты предаёшь часть своей прежней идентичности, потому что она кажется недостаточно эффективной, недостаточно «конкурентоспособной». Ты становишься идеальным продуктом системы — легальным, предсказуемым и абсолютно одиноким в толпе таких же, как ты.

Это не о выживании тела, а о выживании самоуважения в системе, которая поощряет гиперконкуренцию. «Эмиграция» — это не географическое место, а состояние постоянной сравнительной оценки - ради чего?, клетка с видом на город мечты.

Главная «проблема» — это не внешняя угроза, а внутренний вакуум, страх оказаться «неудачником» в этой идеально отлаженной машине успеха. Люди, бежавшие от неустройства и непредсказуемости, обнаруживают или нет, что воссоздают новую, стерильную (подчеркнуто) форму жестокости — не физической, а социальной и психологической, где травля облачена в белое пальто ( подчеркнуто).