Тогда нужна «сказка» со «счастливым» концом - чтобы не сдохнуть с тоски.

С КЕМ сказка? С Остапом что-ли? Ты в это веришь? Почитал сегодня, что он на форуме буровил. Он к Тебе правда что-ли ездил? Покушали и в отеле полежали? А потом он домой поехал, чтобы здесь на форуме доклад и инструкцию с фотоотчётом сделать? Чёт какая-то странная сказка.

История, построенная только на самобичевании плетью обречена быть жалкой, потому что за разрушением себя не рождается ничего нового - это тупик.

Тогда зачем Ты с Остапом в отелях ночуешь? Просто потому, что к своему тупику давно привыкла и менять уже больше ничего не хочешь? Понимаю.

К этому сюжету надо добавить еще сюжет «возрождения»))

Ну вооот, Герцог меня на неделю в Вальхаллу отправил, неделя прошла, я и возродился. Теперь нужно узнать у Лампы когда у неё свадьба с Профом ... я пока Тебе, ему и Лампе свадебный алкогольный подарок сварганю, Ты за мной заедешь, а потом мы у Профа на свадьбе погуляем. А там ... и Ты возродишься и мы все вместе сыграем ВТОРУЮ свадьбу ... где уже Ты будешь невестой, а он - женихом. А я у вас четверых - тамадой. Ты от меня живёшь не дальше, чем час-два езды на машине. Чем не сюжет?

Её трагедия была красивой как японская гравюра, где двое влюбленных, навсегда связанные красным шелковым шнуром, бредут по свету

Ты посмотрела! И Тебе понравилась и СКАЗКА, и любовь, и жертва, и верность, и преданность, и красота. Та девушка, сошедшая с ума от Любви - это Ты. И Ты носишься безумно по свету из конца в конец, привязанная навечно в своих мыслях к кому-то из своего прошлого тем самым шёлковым красным шнуром.

Спасибо Тебе ... за эту Твою историю и за то, что пока я сидел в бане, больше никому никаких историй не писала. И за то, что халат-платье-кимоно в японском стиле купить захотела. И за то, что писала эту историю для меня когда ехала 5000км по бескрайним, заснеженным и диким восточным нашим просторам.

Смотри, что получится, если в Твоём рассказе всего-лишь заменить "Он" на "Она":

Она напоминала удивительную куклу, ту, что изображает воина-призрака-борца за справедливость. Её резное лицо не выражало ничего кроме застывшей волевой складки между бровями, а тело было заковано в лакированную броню. Она была идеальной марионеткой. Её нити были невидимы и прочнее стали. Одну звали «Боль», другую «Вина», третью «Гнев». Они сходились где то в темноте позади неё, в той самой точке где когда-то разбились её мечты. Она думала, что дергает за них сама, что это её выбор . Но она лишь исполняла старый, заезженный спектакль под названием «Месть». Она колотила в собственную грудь и звук был глухим и бессмысленным. Она верила, что чем сильнее бичевать себя тем праведнее станешь, что это очищает- самонаказание, продление собственных мук. Она мечтала о всепоглощающей любви ... но растворилась в удушающей вине и слепой одержимости. Они затягивали, обещая смысл, но на деле лишь отнимали силы, превращая жизнь в бессмысленное движение по навязанной ей же самой себе траектории. Она ехала ночью 5000 километров по дикому снегу бескрайних просторов Евразии и писала для него свои безумные истории, полные любви, боли, фарса, жалости, рабства, презрения и ненависти к себе самой. Она была в постоянном безумном яростном движении, но вместе с этим в своих мыслях представляла себя неподвижно лежащей в пыли и пепле. Она представляла себя треснувшей никчёмной куклой, а его - Кукловодом-Смотрителем. Ей казалось, что в его глазах отражается жалость. И эта жалость жгла страшнее огня. Она ненавидела эту его жалость к ней, сама того не понимая почему, чувствуя свою полную никчемность. Она хотела ему соответствовать, хотела, быть для него сильной воительницей за справедливость. Она думала, что он её жалеет ... а он просто её берёг, нежно оберегая от того чтобы она не разбилась ... фарфоровая треснувшая куколка. Он боялся её потерять, он берёг её потому что любил, а ей казалось, что он её жалеет потому, что она никчёмна.

Она думала, что стать марионеткой своего чувства - значит потерять себя. Поэтому тот, чьей сутью было щелканье нитями по спине , должен был перестать существовать - кукла должна умереть. От ясного понимания тупика, как самурай совершающий сэппуку, она перерезала нити и вместо куклы появилась странница которая наконец-то сама выбирает путь. Она думала, что искупление начинается не тогда, когда ты без конца бьешь себя за прошлое, а когда хватаешься за мужество подняться. А иначе, без этого шага вперед - только бесконечная и по настоящему пустая драма где в финале не остается никого кроме одинокой полой фигуры и тихого звона струн. Так она думала, она ведь всегда хотела чтобы он гордился её мужеством. Она хотела навсегда остаться в его памяти несгибаемым борцом-воительницей-за-справедливость. Она захотела подняться, понянулась вверх к нему, но подняться не было сил.

Он нежно взял её на руки, фарфоровую треснувшую куколку ... одной рукой держа её как младенца, а другой гладя её по волосам, начал укачивать и напевать колыбельную. Кончики его пальцев нежно гладили, массировали и приятно скребли её воспалённую от мыслей голову, расправляя её спутанные волосы. Она почувствовала тепло его рук, заскользила своими мыслями за движением его пальцев и медленно успокаивалась, освобождаясь от своих страхов и засыпая. А он укачивал её и тихо напевал колыбельную ...

Лёгкий ветра вздох - "Смерти нет..."
Тот, кто пламя - сам не сгорит в огне
Всё, что было - не было, всё в огне сгорит
Пламя рыжей птицею к небу полетит
Имя Твоё прежнее здесь забудут пусть
Только долгий путь. Смерти нет
Пламени цветок. Ярко рыжий цвет
Искры рвутся вверх - россыпь янтаря
Свой короткий путь Ты прошла не зря
Искра на ветру. Смерти нет.
Отблеск на лице, странно жаркий свет
Горечь на губах. Смерти нет.
В чём Твоя вина? Тишина в ответ
Не свернёшь с пути ... Умирает вздох
Не спасёт Тебя ни судьба, ни бог
Всё, что было - не было, всё в огне сгорит
Пламя рыжей птицею к небу полетит
Имя Твоё прежнее здесь забудут пусть
Лёгкий ветра вздох
Только долгий путь
Искра на ветру
Горечь на губах
Смерти нет...

Песнь из интернета, поёт девушка,я немного подправил её для Тебя, она пела о себе.