Было 11 часов вечера, когда зазвонил телефон. Клинтон только что пережил одну из самых тяжёлых и личных президентских кампаний в современной истории, а Буш-старший потерпел поражение, которого он никак не ожидал. Однако вместо того, чтобы впасть в горечь, Буш позвонил своему сопернику и сказал нечто удивительно великодушное. Он сказал Клинтону, что кампания окончена, что стране нужна его победа, и что он полон решимости обеспечить самый плавный переход власти в истории. Затем он задал простой вопрос: «Чем я могу помочь?»

Что делает этот момент таким примечательным, так это эмоциональное состояние Буша в тот момент. Друзья и помощники позже рассказали, что поражение опустошило его. Он всю жизнь посвятил государственной службе, от пилота времён Второй мировой войны до конгрессмена, посла, директора ЦРУ, вице-президента и президента. Он считал, что заслужил второй срок. Когда избиратели выбирали другой вариант, это воспринималось им очень лично. Это было не просто политическое поражение. Это был удар по его чувству идентичности и цели.

И всё же, почти сразу же, Буш предпочёл сдержанность обиде. Он выбрал ответственность, а не эго. Вместо того чтобы усложнять переходный период или молча залечивать раны, он переключился в режим наставника. Он относился к Клинтону не как к человеку, который его победил, а как к будущему защитнику нации. Президентство, по мнению Буша, было важнее, чем кто-либо из них.

Глава администрации Белого дома Джеймс Бейкер позже раскрыл нечто ещё более показательное. За несколько недель до выборов, пока многие советники были полностью сосредоточены на победе, Буш тихо поручил своей команде начать подготовку материалов для переходного периода на случай поражения. Он прямо сказал им, что не будет президентом, который саботирует своего преемника из-за злобы. Американский народ, сказал он, сделал бы свой выбор, и этот выбор заслуживает уважения и уважения. Некоторые помощники были ошеломлены. Они ожидали гнева. Вместо этого они увидели дисциплину и достоинство.

После инаугурации Клинтона Буш оставил в ящике стола в Овальном кабинете рукописное письмо. Оно начиналось с записки сочувствия. Он написал, что, когда четыре года назад впервые вошёл в кабинет, он испытывал то же чувство благоговения и ответственности, которое сейчас испытывал Клинтон. Далее он дал Клинтону глубоко личные советы. Он предупредил Клинтона о сокрушительном давлении, связанном с этой работой, призвал его беречь время, проведённое с семьёй, и напомнил, что критики всегда громче сторонников. Миллионы американцев, писал Буш, болели бы за него, даже если бы не голосовали за него.

Позже Клинтон сказал, что это письмо растрогало его до слёз. В самые трудные моменты начала своего президентства он перечитывал его несколько раз. Он хранил его в своём столе на протяжении всего своего пребывания в должности. Спустя годы он сказал Барбаре Буш, что щедрость её мужа коренным образом изменила его отношение к политическим оппонентам. Они были не врагами, сказал Клинтон, а временными хранителями чего-то гораздо большего, чем они сами.

Этот урок остался с ним. Долго после того, как оба мужчины покинули свои посты, между Бушем и Клинтоном завязалась настоящая дружба. Они работали бок о бок в рамках глобальных усилий по оказанию помощи после разрушительного цунами в Индийском океане, а затем и после урагана Катрина. Наблюдать за их совместной работой удивило многих американцев. Бывшие соперники легко смеялись, доверяли друг другу и говорили с взаимным восхищением. Клинтон часто говорил репортёрам, что Буш мог бы отнестись к нему холодно или враждебно после выборов, но вместо этого отнёсся к нему с уважением и изяществом. Этот единственный поступок, по словам Клинтона, изменил его понимание лидерства.

Самое сильное в этой истории - это время. Буш не проявил изящества, находясь в состоянии триумфа. Он сделал это в самый тяжёлый для себя момент в своей профессиональной карьере. Он был ранен. Он был разочарован. Он истекал кровью от поражения. И всё же он поставил страну на первое место.

Этот выбор раскрывает нечто важное о демократии и характере. Истинный патриотизм измеряется не тем, как вы ведёте себя, когда побеждаете. Он проявляется в том, как вы действуете, когда проигрываете. Речь идёт о защите институтов, уважении воли народа и признании того, что лидерство - это временное доверие, а не личная собственность.

Джордж Буш-старший понимал, что демократия работает только тогда, когда те, кто уходит в отставку, делают это с достоинством, а тем, кто приходит на смену, оказывают поддержку, а не саботируют. В эпоху, часто определяемую горечью и разобщённостью, его пример кажется почти радикальным в своей порядочности.

Что запоминается, так это тихая человечность всего происходящего. Телефонный звонок поздно ночью. Рукописное письмо, оставленное в ящике. Решение помочь, а не помешать. Выбрав щедрость вместо обид, Буш показал, что даже в случае поражения можно руководить.