О чайках)
Zurück
Последняя глава: "И сифилис ко всему прочему"
Остап продолжал судорожно безрезультатно шарить пальцами в портмоне в поисках кредитки, но "Донна унд Рёшель", а так же "Банк Интернационале" как будто бы испарились. Смутно вспомнилось, как злобный и глупый торгаш в бутике "Херренаусштаттер Борнхольм унд Брехт" перерезал их ножницами. Тело пронзил разряд холодного озноба. Остап разжал липкие пальцы и выпустил бесполезный кошелёк, который подскочив на резинке, к каким мамы пришивают детям варежки зимой чтобы не потерялись, изчез в бездонной дыре кармана и заболтался в глубине штанин. А ведь говорила Некотя что разлюбит если еще хоть раз, хоть один единственный... Так и сказала: "Разлюблюууууu". Бежать!
Уж было навострив лыжи вон из этого вертепа, едва подняв голову...