День тринадцатый. Понедельник. Кентервильские привидения.

На тринадцатый день мы поняли, что стали сторониться новоприбывших товарищей и меньше показываться им на глаза. Четвертый поток тех, кого мы тут застали от ответа на вопрос «А вы когда приехали?» впадал в прострацию. После тихого «Говорят, тут все зависит от того, как быстро ответит земля», я старалась отвечать «Ой, мы давно (без указания даты). НоВыНеПереживайтеЭтоУНасЗаболелБераторА У Вас все будет Хорошо.» Видимо мы превратились в местный артефакт.

Пора было с этим завязывать.

Очередной термин. И шо она сказала? Ответа нет, ждите. Приходить не нужно, я вас сам найду.

Это было худшее, что мы слышали. Потому что это был единственный день, когда мы сидели в номере, не могли никуда двинуться и ждали. Все время ждали. На обед ходили по очереди.

Не соглашайтесь на такое предложение, настаивайте на термине.

Бератор у нас был новый, молодой и добрый, Маркус Личко. Он так нам сочувствовал, что было его жалко. Не настолько плохо нам было во Фридланде).

Он так и не пришел.

Я пошла сама. Я не гордая.

Высокий седой русскоговорящий дяденька вышел на звонок, я приготовилась объяснять ему, почему я пришла, хоть термин мне не назначен (обычно все переговоры начинались с лауфкарты), а он сказал – аа, пойдем. И привел к Маркусу. Маркус сначала сказал – нету, нету. Смотреть на меня сил не было, поэтому он смотрел в комп. Ой, нет, только что пришло!!! В Йену вас!

И откладывая разговор на потом, он закончил рабочий день.

День четырнадцатый. Вторник. Домой!!!

Рано утром мы к Маркусу не пошли, потому что он просил прийти попозже. Когда пришли, перед ним была куча наших бумаг (это на каждого переселенца столько макулатуры извести…), это он с утра успел столько распечатать. Там было решение Тюрингии, письмо с адресом и где забрать ключи, и все шайны. Он нам их показал и не отдал (кто вообще придумал эту традицию))).

Но завтра. Сегодня Йена нас еще не ждет. Кто-то не выехал(!!!).

Мы были настолько рады, что этот уровень квеста завершился, что наверное сияли. И Маркус тоже сиял. От радости хотелось его усыновить. Но мы пожали ему руку, поблагодарили от всей души и пошли получать деньги.

И все бераторы, кто рядом был, тоже были рады. Наконец они от нас избавились.

Оставшиеся полдня собирали вещи из комнаты – за две недели мы там обжились как дома.

День пятнадцатый. Среда. Вот теперь точно домой)

Рано утром обменяли волшебный ключ от комнаты на ключи от счастья – бумаги, в которых значился наш адрес в Йене, выбросили старые кроссовки, из которых младший успел вырасти и покинули Фридланд.

Как говорил Олег Анофриев -… спешили навстречу новым приключенияяям.