Г Л А В А 1.
Низкое небо было сплошь затянуто серыми невзрачными тучами. С самого утра моросил навязчивый дождь, мелкой дробью хлестал по стеклу. Эта дробь барабанила по ушным перепонкам, переходила в виски, отражаясь в них тупой болью. Олеся уже не замечала эту боль, так мучавшую ее совсем недавно. Она думала о нем. Она помнила каждую деталь его одежды, она рисовала перед собой его резко очерченное лицо с огромным носом, вытянутым подбородком и большими серыми глазами. Что же привлекало в нем? Олеся не знала этого. Не знала и не хотела знать. Ей было приятно думать о том, что завтра она вновь встретится с ним. А ведь только вчера она его впервые увидела.
На лице Олеси появилась улыбка. Весь вчерашний день встал перед ней, как на ладони...
 Разрешите войти? - дверь приоткрылась, но никто не вошел.
 Да, да! Конечно! - Олеся встала и, посмотрев в зеркало на стене, непроизвольным жестом поправила прическу.
Но даже после приглашения в кабинет никто не вошел.
 Кирилл Антонович, это снова Вы? - Олеся постепенно выходила из себя. - Немедленно прекратите Ваши несносные штучки, или я...
 Боюсь, из-за меня сейчас кого-нибудь уволят, - в кабинет вошел высокий человек с длинными светлыми волосами, одетый в летние белые штаны и светлую футболку. - Простите, но меня зовут не Кирилл Антонович, - незнакомец широко и весело улыбнулся.
 Извините, пожалуйста, - Олеся почувствовала, что ей стало легко от его улыбки. - Вы меня так напугали!
Она вопросительно подняла брови.
 Ах, да! Я забыл представиться! - незнакомец сорвал с головы несуществующую шляпу и театрально раскланялся. - Олег Александрович Новиков! Прибыл под командование очаровательного начальника с целью преподавания детям азов театрального искусства!
Олеся захохотала, но, спохватившись, протянула ему руку:
 Олеся Вениаминовна Карпова.
 Очень приятно! - он схватил ее пальцы, наклонился и нежно поцеловал...
Дождь все стучал и стучал.
 Мама, мама. Я хочу гулять. Можно я пойду, мама? - Олесю привел в себя настойчивый голос Миши.
 Отстань от меня! - прикрикнула она, оттолкнув сына.
Обиженный вопль ребенка, задохнувшегося слезами, заставил ее обнять сына, но Олеся тут же его отстранила.
 Хорошо, иди. Но только надень сапоги и куртку... гуляй во дворе и никуда не уходи, слышишь? - закричала она вслед уже убежавшему Мише.
╚Ах, если бы не он... если бы не Настя, если бы не Славик, наконец! - она в отчаянии швырнула плюшевого мишку, лежавшего рядом с ней на диване. - Ну почему, почему я не встретила тебя лет шесть назад?╩
Шесть лет назад- Как же все прекрасно начиналось!
Славик, только что вернувшийся с флота, прибежал к ней с большим букетом гвоздик. Она всегда любила гвоздики. Любила именно за то, что их никто не любит.
 Ты будешь моей женой? Только не говори ╚Нет╩ сразу. Хотя бы подумай, ладно? - сразу с порога оглушил Олесю его голос.
Волна счастья, ожидаемого с самого детства, нахлынула тогда на двадцатилетнюю девочку. Впервые кто-то любил ее, и это чувство опьянило Олесю, с готовностью ответившую ╚Да!╩.
А их свадьба, их медовый месяц! Прекрасные две недели на Крымском курорте пролетели отчаянно быстро. Наступили серые будни. Олеся по-прежнему училась и работала в школе, Славик ушел в море. Жизнь потекла тоскливо, в постоянном ожидании. Сначала она ждала мужа, потом первого ребенка, потом повышения, потом второго ребенка. Вечно чего-то ждать - это был ее удел.
Ах, если бы вернуть все эти шесть лет!
У Олеси закололо сердце. ╚А ведь я его никогда не любила! - вдруг подумалось ей. - Я НИКОГДА НИКОГО НЕ ЛЮБИЛА!╩
Упрямая слеза выскользнула из-под опущенного века и медленно поползла по щеке. Большой комок подобрался к горлу. Лицо Олеси исказилось, и слезы, душившие ее, вырвались на свободу.
Впервые за эти шесть лет Олеся почувствовала себя одинокой, никем не любимой забитой девчушкой. Да, именно так: никем не любимой. Никем...
Славик? Нет, он никогда ее не любил. Может быть, она ему нравилась, может, он ее жалел, но любви не было. Олеся заметила это еще на свадьбе, когда он холодно и просто прикоснулся к ее губам. Да, он всегда помнил о ее дне рождения. Да, он постоянно дарил ей цветы. Но это выглядело скорее как обязанность, а не желание сделать приятное. Но почему, почему он это сделал? Почему он продолжает это делать? Зачем она вообще ему нужна?
Говорили, у него была девушка. Да что там девушка! Он был любимцем всех ее подруг. Он всегда привлекал к себе внимание, он всегда был в центре. Почему, почему же он пришел именно к ней? Тогда, шесть лет назад, она не думала об этом. Сейчас же все чаще и чаще вставал перед ней этот вопрос. Зачем? Для чего? Почему? Как же надоело ей все время спрашивать, ждать от себя самой ответа. Опять ждать?!
Олеся встала и, нервно сжимая и разжимая кулаки, заходила по комнате. В соседней детской раздался голос, весело зовущий: ╚Мама, мама!╩. Насте было два года, она сидела дома с нянькой, и лишь по выходным имела возможность видеть мать. Олеся прошла в детскую. Нельзя сказать, чтобы она любила дочь, но это было существо, которое вселяло в нее силы. Еще в детстве она мечтала иметь одного ребенка, и чтоб это обязательно была девочка. Она строила грандиозные планы на будущее; будучи беременной, Олеся видела перед собой малютку, одетую в розовое платьице, едва научившуюся ходить и лепечущую почти беззубым ротиком ╚Мама╩. Рождение сына повергло ее в глубокое разочарование, сменившееся ненавистью. Славик был счастлив, а она ненавидела. Ненавидела его, сына, жизнь, квартиру, детскую комнату v все, что ее окружало. Олеся отдала ребенка маме и погрузилась в работу. Она работала на износ, не думая ни о чем, ни о ком. Потеряв одну мечту, она поклялась, что не даст разбить другую.
В школе она жила всей душой. Это была ее любовь, ее жизнь, ее мечта. Еще во время учебы она знала, что когда-нибудь будет сидеть не за партой, а за учительским столом, и, проходя мимо нее, все будут говорить ей: ╚Здравствуйте, Олеся Вениаминовна!╩, как говорила и она. И вот сейчас, окончив училище, Олеся пришла в школу. Ее ждали: она была всеобщей любимицей. Когда она пришла, то сразу же взяла себе класс.
Пятый ╚А╩ напряженно следил за каждым движением нового классного руководителя, сравнивая Олесю с опытным педагогом, выпустившим когда-то давно и олесин класс в океан взрослой жизни. Глухая стена непонимания встала между ними, но она рухнула благодаря ее стараниям. Дети росли, и Олеся с удивлением и страхом думала о том, что через три года они навсегда покинут стены школы.
Не было бы счастья, да несчастье помогло. Эта поговорка не раз всплывала в голове у юной преподавательницы, когда она вспоминала о смерти Инны Николаевны v лучшего завуча их школы. Все произошло так неожиданно, что Олеся до сих пор не понимала, как получилось, что неопытную, хотя и старательную девушку вдруг выбрали на место покойной. Не давая ей отказаться, ее сразу же завалили всевозможными заданиями. А, втянувшись в организационную жизнь, Олеся не могла уже бросить своего поста. Ей казалось, что никто не сможет сразу же перехватить все те мысли и идеи, что ежесекундно созревали в ее голове.
Да, школа была ее отдушиной. Здесь она забывала обо всем, и нередко случалось, что Олеся засиживалась допоздна в своем кабинете, проверяя тетради или составляя учебные планы на ближайший месяц.
Она возвращалась домой уже тогда, когда Миша и Настя спали. Мать негромко ворчала, что она совсем не думает о себе и о детях, но Олеся знала, что ей очень нравилось возиться с внуками, и не особенно реагировала на едкие замечания.
Лишь по выходным она оставалась наедине с детьми, и, как это ни странно, это были не лучшие дни в ее жизни. Она не могла быть им мамой в полном смысле этого слова. Странное дело: она любила свой класс, каждого своего воспитанника, знала обо всех их проблемах, ссорах, достоинствах и недостатках, но совершенно ничего не знала о своих собственных детях.
Настя была еще малышкой, и Олеся просто механически делала то, что должна делать мать: кормила ее, мыла, читала ей на ночь сказку и, когда было время, выходила с ней гулять. Миша же, как правило, проводил целые дни во дворе, забегая домой лишь для того, чтобы пообедать и похвастаться очередным синяком или шишкой.
Славик появлялся дома от силы раз в четыре месяца, проводил дома недели две и вновь отправлялся в море. С детьми он был ласков и из каждого путешествия привозил им и Олесе разнообразные сувениры, подарки.
Когда отец был дома, Миша не отходил от него ни на шаг. Заметно было, что он боготворит Славика, и мужчины превосходно ладили между собой. Настя редко видела отца, но мгновенно узнавала его и тянула к нему крохотные ручонки, улыбаясь и лепеча одной ей понятные слова. Олеся видела все это, и в ее душе поднималась волна обиды и гнева. Почему они так любят друг друга, а она остается в стороне? Почему она не может так же любить их? За это она еще больше ненавидела Славика и даже ощущала одной ей понятную радость, видя слезы детей и подрагивание скул у мужа при очередном расставании.
Славика не было уже два месяца. Олеся знала, что он приедет не раньше, чем через три декады, поэтому очень надеялась, что сумеет за это время расположить к себе Олега. Муж никогда не ревновал ее; правда повода для ревности она ему и не давала. Но сейчас ей очень хотелось сделать ему больно, заставить и его хоть немного пострадать.
Внезапно мерный стук дождевых капель прорезал оглушительный плач, резанувший по нервам высокими нотками детского голоса. Олеся сморщилась от вернувшейся боли в висках и отправилась к дочке. Настя стояла в манеже и махала рукой в сторону лежавшей возле него игрушечной собачки.
 Боже мой! Когда я отучу тебя швырять игрушки.
Олеся бросила собаку ребенку и с немым равнодушием посмотрела на успокоившуюся дочь. Девочка шлепнулась на попу и, схватив игрушку двумя руками, повалилась на спину, рассуждая о том, что кукла должна быть наказана, раз она убегает из дома.
Олеся вздохнула и пошла на кухню. Надо было готовить обед и стирать вещи. Косой дождь, потоки которого швырял в окна ветер, грозил выдавить стекла. Голова не проходила...

Оригинальный при╦мчик

Конечно , это честные откровения, но очень неприятные...Героиня тоже интуитивно становится неприятной...
Когда появится продолжение?

Каждый человек имеет положительные и отрицательные стороны. Это жизнь, полная полутонов.

Просто здорово во всех отношениях!!!

Спасибо, рада. что понравилось!

А я то вс╦ думаю, что за книжки в метро читают:))
Шутка. Перехожу ко второй главе ( держите меня семеро)

Спешу сразу заметиь, пока еще не поздно: это не любовный роман, и не детективная история, это - история любви, какой она бывает в жизни.

Дело же не в том, бывает так в жизни или не бывает, ну по-крайней мере, далеко не только в этом. Одну и ту же историю любви можно рассказать "как произведение" и "как любовный роман". В данном случае, ИМХО, скорее второе...