Послушай профессор, я с тобой не собирался заводить разговор об экономике Нигерии, я лишь упомянул что концерн Chevron был неоднократно замешан в скандалы в связи с загрязнениями. И США имеет там свои интересы не от доброй души а чтобы заработать-вполне естественно. Словом верхушка я не имелл ввиду правительство,а тех у кого основной капитал страны. Так же как и в России он сосредоточился не у большей части населения.Поименно я их незнаю - мне это маловажно. BIP нигерии не в 100 а примерно в 88 раз меньше чем у Германии несмотря на почти такую же территорию и более высокое число населения.
Подумай о своём уме если не врубаешся в простое сравнение.

Если дискуссия выльется в свару, ветка будет закрыта. Спасибо.

>11 сентября 2001 г. умерло от голода 35615 детей.
Жертвы: 35615 человек (согласно FAO - организации ООН по вопросам продовольствия)
...
Подозреваемые в преступлении: богатые страны.
Ой, ой, ой. Я прям разрыдался. Оказывается в том, что неграм в Африке жрать нечего виноваты европейцы и американцы. А не сами эти страны. Может хватит стрелку то переводить?

акие дети, что ты!
ето все голограммы были, испытание нового психотронного оружия.

Давайте помянем погибших и пусть Бог строго покарает виновных.
"Они летели вниз, держась за руки до самого конца"
Свидетелями трагических событий сентября 2001 года стали тысячи людей. Среди них был и бизнесмен Майкл Грейвс, имеющий тесные деловые связи с Израилем и Россией. На 11.00 того страшного дня у него была назначена встреча в одном из офисов ВТЦ. Даже спустя два года невозможно без содрогания читать его воспоминания.
Я прилетел в Нью-Йорк 10 сентября около 11 часов вечера, взял такси и поехал в финансовый район нижнего Манхэттена в отель "Мариотт", расположенный в двух кварталах к востоку от Всемирного торгового центра, в котором через сутки должен был встретиться со своим деловым партнером. Мой гостиничный номер находился на 24 этаже и был приблизительно посередине между двумя башнями ВТЦ. Я поставил будильник на 8.45 утра, потому что в 9 утра мне нужно было позвонить, однако проснулся раньше и решил принять душ. Когда я потянулся к ручке водопроводного крана, то услышал сильный удар и почувствовал сотрясение земли.
Я отошел на несколько шагов от ванной и увидел, что за окном падают порядочного размера предметы. Через доли секунды я услышал скрежет колес внизу на улице, затем звуки сталкивающихся машин и разбивающихся стекол. Когда внизу зазвучали автомобильные сирены, что-то врезалось в окно моего номера, в комнату полетели осколки стекла.
В этот момент мое любопытство перешло в обеспокоенность, я схватил с кровати джинсы и подскочил к столу, рядом с которым стояли кроссовки. Окна отеля не пропускают звуков, исходящих снаружи, но сейчас, поскольку они были разбиты, я слышал сильный грохот и треск на улице внизу, сирены автомобилей и что смущало больше всего, панические голоса сотен кричащих людей. Когда я нагнулся, чтобы поднять с пола туфли, кусок оконного стекла с грохотом свалился на пол. Этого было достаточно, и я стремглав выбежал из своего номера. На мне не было ничего, кроме футболки, джинсов и кроссовок в руках. Я побежал к пожарной лестнице, которая находилась недалеко от моего номера. Когда я спустился на несколько этажей, в отеле заработала пожарная сигнализация. Чем ниже я спускался, тем больше было людей на лестнице. Около 10 этажа свет на лестнице погас, и зажглись аварийные лампы. Внизу движение замедлилось, поскольку к этому времени холл отеля был переполнен людьми. Внизу лестницы было совсем темно. Несколько человек стали паниковать и кричать, что лишь усиливало беспокойство.
Через минуту мы были в фойе, откуда была видна Уэст-стрит. На улице стояли больше десятка брошенных автомобилей в самых разных положениях. Многие из них были серьезно повреждены падающими обломками, а некоторые горели. Улица была покрыта разбитыми стеклами. Повсюду валялись большие куски металла. На тротуаре лежал человек. Нам не было видно, что с ним произошло, но рядом с ним разливалась большая лужа крови. На другой стороне улицы два пожарника и полицейский смотрели вверх, выгадывая момент, чтобы подбежать к раненому человеку и перенести его в безопасное место.
А обломки продолжали падать. На Уэст-стрит падающих обломков было так много, что работники безопасности отеля "Мариотт" и полицейский запретили людям выходить из отеля через главный вход. Они направили нас к юго-восточному входу на Либерти-стрит. Я посмотрел на часы - было 8.55 утра.
Когда я и еще четыре человека должны были переходить улицу, большой толстый кусок стали свалился на улицу справа от нас. В это же время вокруг нас стали падать множество других обломков и осколков. Все, кто находился поблизости, включая и офицера ФБР, инстинктивно забежали в здание, чтобы укрыться от падающих предметов. Я удивился, что тот большой кусок металла не ударился о землю, как я ожидал. Он будто бы погрузился в асфальт, будто твердое дорожное покрытие превратилось в мягкую глину.
Вдруг сверху полетели бумаги, документы и прочие легкие предметы. Это было более безопасно, но было похоже на некий зловещий знак того, что происходило. Фэбээровец воспользовался этой возможностью, чтобы переправить как можно больше людей в безопасное место на другой стороне Либерти-стрит. Каждый хотел улучить момент и посмотреть на то, что происходило наверху, но фэбээровец становился все более настойчивым. Он не выталкивал людей из дверей, но кричал во все горло, размахивая руками: "Выходите наружу! Всем выходить наружу! Немедленно!" Когда я вышел на тротуар, я взглянул наверх и начал переходить улицу. Пройдя не более шести-семи шагов, я услышал жуткий грохот позади себя и инстинктивно побежал на другую сторону улицы. Огромный кусок в виде балки упал на улицу в тот момент, когда я переходил улицу, и сбил женщину, которая одновременно со мной вышла из здания отеля. Она даже не успела закричать. Скорее всего, эта женщина была мгновенно убита обломком. Несколько свидетелей этой сцены вскрикнули от ужаса, несколько из них впали в полную панику, упав на колени и начав рыдать.
Потом мы услышали звук двигателя самолета. Внезапно он стал очень громким и был очень хорошо слышен, несмотря на крики, звуки сирен и автомобильной сигнализации. На другой стороне улицы у дверей "Мариотта", откуда я только что отошел, высокий чернокожий мужчина показал наверх несколько позади меня и закричал: "Смотрите! Самолет". С того места, где я стоял, мне были видны огромные облака черного дыма, валящие из северной башни. Первое, что пришло мне в голову, когда я услышал звук: Они собираются сделать то, что обычно делают при лесных пожарах - сбросить тонны антипирена (огнезадерживающее вещество) на крышу здания. Я обернулся и посмотрел наверх на юго-восток, ожидая увидеть самолет типа С-131, который будет сбрасывать ингибитор.
Но вместо этого я увидел пассажирский самолет. Он со свистом летел на полной скорости, сильно накренившись влево. Через мгновение он с грохотом врезался в южную башню, практически над нами. Я был удивлен визуальному ощущению, которое я при этом испытал. Самолет не врезался в башню, а прошел сквозь нее. Мы видели, как носовая часть самолета, описывая дугу между двумя башнями, падала на землю.
Через мгновение в башне появилась аккуратная пробоина: длинные узкие пробоины от крыльев и огромная круглая дыра в центре, там, где прошел фюзеляж. Через секунду в этой части здания раздался взрыв, и наружу вырвались облака пламени и дыма, вниз посыпались металл и стекло. Мы четко видели две фигуры людей, которых вынесло взрывом из здания, и которые теперь падали вниз на нас. Ошеломленные, в полном молчании, мы смотрели, как самолет пробивает здание. Теперь, когда из здания вырвалось пламя, толпу вокруг меня охватила полнейшая паника. И это понятно - обломки, падающие вниз десять минут назад были малюсенькими по сравнению с тем, что летело на нас теперь. Все бросились врассыпную от этого места, пытаясь укрыться, пока горящие куски не достигли земли. Нас спасла высота здания, у нас было несколько секунд, чтобы спрятаться.
Когда я пересек Уэст-стрит и прошел полквартала по Олбани-стрит, толпа на улице снова пришла в возбуждение от звука приближающегося самолета. Когда все бросились в поисках возможного укрытия, в воздухе на высоте примерно 500 метров появились два истребителя F-16. Пролетев башни с восточной стороны, они, сильно накренившись влево, стали заходить на полукруг вокруг горящих зданий.
Огромную толпу направляли на юг и восток к Бэттери-парк-сити и Бэттери-парк. Отсюда открывался хороший вид на башни ВТЦ. Теперь пламенем были охвачены верхние части обеих башен, а в чистое голубое небо поднималось огромное облако густого черного дыма. Я нашел спокойное место на углу Олбани-стрит и Саут-энд-авеню. Здесь собралась большая толпа, такая плотная, что машины не могли по ней проехать. Только сейчас мне пришло в голову, что нужно сообщить своим родственникам, что со мной все в порядке. Я все время набирал телефон и наблюдал за зрелищем над головой. В этот момент первый из многих людей выбросился из северной башни. В толпе вскрикнули несколько человек. Нами овладел жуткий ужас при виде человека, падающего навстречу своей смерти с высоты около 300 метров. Первый человек еще не достиг земли, как из окна выпрыгнул второй человек. А затем, меньше чем через десять секунд, еще один. Из здания выпрыгнула женщина с ребенком. Ее красное платье поднялось к голове, когда они летели ногами вниз, держась за руки до самого конца.
Над головой пролетели еще пара истребителей, вызвав в толпе нервное возбуждение. Это была пара самолетов F/A-18 морской эскадрильи, которые на большой скорости прилетели с севера и повернули на запад к реке Гудзон. Кто-то в толпе выкрикнул, что истребители преследуют еще один самолет. Мы ясно видели истребители, но больше никакого самолета видно не было. Когда истребители перелетели за Гудзон, люди вновь стали смотреть на горящие башни и выпрыгивающих из окон людей. В течение примерно 15 минут я видел, как из здания выпрыгнули или выпали и разбились насмерть, по меньшей мере, 25 человек. Одна пара падала головой вниз. Это выглядело так неестественно, что я предположил, что в тот момент эти люди были без сознания или выпали из окна. Мы увидели, как с западной стороны северной примерно на уровне сотового этажа разбились два окна. Из них повалил дым, и мы увидели человека, карабкающегося между двумя окнами, очевидно, вынужденного выбраться наружу из-за высокой температуры или дыма.
В этот момент с запада подлетел вертолет, с которого свисал спасатель в оранжевой одежде. Как только вертолет приблизился к башне, стало ясно, что спасатель собирался помочь двум людям, которые выбили окна и теперь стояли на внешнем выступе, прижимаясь к стене здания. В толпе раздались возгласы поддержки. Несчастные люди на стене находились совсем рядом с крышей здания, и вертолет смог сесть на крышу северной башни.
Когда спасатель приблизился к башне примерно на расстояние около 10 метров, в здании раздался взрыв такой силы, что он был слышен даже нам, стоящим внизу. Язык пламени и дыма вырвался из башни там, где стояли два человека. Пламя было таким большим, что спасатель, возможно, получил ожоги. Что с ним случилось, я не знаю. Вертолет быстро взлетел, унося за собой обгоревшего спасателя. В этот момент оба человека на стене здания полетели вниз. Попытка спасения обернулась трагедией, женщины и мужчины в толпе расплакались, глядя, как падают вниз горящие тела двух людей. На часах было 9.22 утра.
Через некоторое время я осмотрелся и понял, что стою у входа в Музей еврейского наследия, который расположен в северной части Бэттери-парк. Я бы не сказал, что я параноик, но в любой момент ожидал того, что здания и памятники в этом районе тоже могут подвергнуться атаке террористов.
Пожар становился все сильнее, но я предположил, что через несколько часов он все же будет потушен, и я смогу вернуться в свой номер для того, чтобы забрать свои вещи. В скором времени мне чудом удалось дозвониться своей жене. Мы поговорили в течение нескольких минут. Она была первой, кто сообщил мне, что на Пентагон тоже была совершена атака.
Пройдя по Уэст-темз-стрит, я увидел толпу людей, слушающих радио, и остановился. Мое внимание привлекла женщина, которая была на грани истерики. Это была чернокожая женщина в деловом костюме, один рукав которого был порван. Она объясняла командиру пожарной команды, что она только что спустилась с 84-го этажа одной из башен. Ей едва удалось выбраться из здания по пожарной лестнице. Выше 44-го этажа, сказала она, был кромешный ад, в котором уже никто не мог выжить.
Из ответа главного пожарного и его указаний своей команде стало ясно, что они готовились зайти в башню. "Мадам, нам нужно работать. Пожалуйста, дайте нам выполнить нашу работу". В этот момент леди начала уговаривать мужчин не заходить в башни. Когда они настроили свои инструменты и надели шлемы, сильный взрыв выбил стекла в южной башне и в соседних зданиях. В этот момент группа пожарных сдвинулась на обочину прямо рядом со мной и направилась к башням. Женщина пошла за ними, бесконтрольно всхлипывая, умоляя пожарников отказаться от своих намерений. Командиру пожарных, наконец, удалось отвести женщину в сторону, и вся команда двинулась по Уэст-стрит в направлении башен. Я никогда не забуду выражения лиц этих людей. Это была смесь холодного страха, храбрости и решимости и глубокой уверенности, что они вернутся назад живыми.
Обе башни теперь горели гораздо сильнее, чем раньше, но в этот момент я даже и подумать не мог, что они могут упасть. Было чуть больше 10 утра. Я еще не дошел до Ректор-стрит, как увидел, что из нижней части одной из башен, почти на уровне улицы, выбивается густой черный дым. Я не архитектор, но это меня сильно обеспокоило. В этот момент у меня в первый раз мелькнула мысль, что здание может упасть. До этого я не видел ни дыма, ни пламени ниже середины обеих башен. Теперь было ясно, что огонь достиг основания башни.
И тут я услышал громкий хлопок. Это был странный звук, скорее похожий на треск, чем на взрыв. Я обернулся и почувствовал, что у меня волосы встают дыбом. Южная башня должна была вот-вот упасть. Верхняя часть здания дрожала, все здание качалось. Все поняли, что произойдет. В толпе началась паника. Люди стали разбегаться во всех направлениях, крича и визжа. Я находился всего в 350 метрах от юго-западного угла южной башни и забрался под большой грузовик. Его рессоры были достаточно высокими, и там было достаточно места, чтобы я мог смотреть по сторонам. Когда я заполз под грузовик, то осмотрелся и увидел огромные куски обломков и мусора, летящих во всех направлениях, в том числе и в моем. Казалось, будто башня превратилась в вулкан, который извергал куски стекла и стали размером с автомобиль.
Земля сильно задрожала от веса падающей башни. Я чувствовал себя в большей безопасности под грузовиком, чем под открытым небом. Сотни мелких обломков, которые могли бы убить меня, отскакивали от грузовика, но два огромных куска упали прямо рядом с ним. Если бы такой обломок упал на грузовик, он бы нисколько не защитил меня. Первый сильный удар пришелся на башню на Уэст-стрит. Более мелкие обломки разлетались в разные стороны по тротуару. Я на секунду закрыл глаза. А затем произошел еще один, более сильный удар на другой стороне улицы. Машину скорой помощи расплющило как яйцо.
Я почувствовал, что меня как будто что-то вытягивает из-под грузовика. На самом деле грузовик просто стал двигаться, и достаточно быстро. Теперь у меня не было укрытия, а грузовик мчался в людскую массу и в кучу стали и стекла. Образ самолета, врезающегося в башню был, конечно, сюрреалистическим зрелищем, но эта сцена превзошла все ощущения. К тому времени, когда я поднялся на ноги, я уже больше не видел огромных кусков, летящих в нашу сторону, но теперь на весь район опускалось облако пепла и пыли. Я знаю, что на видеозаписи он выглядело светло-серым, но с того места, где я находился, оно было черное как ночь. На улице было много раненых людей, но все начали инстинктивно бежать на юг по Уэст-стрит в тщетной попытке укрыться от надвигающегося облака.
Перед тем как облако настигло нас, стало ясно, что не было никакой надежды избежать его. Учитывая то, что уже видел, я был уверен, что облако состоит из миллионов обломков. Вот это и внушало в меня большой страх. Я помню, что перестал бежать, осознавая, что нет никакой надежды укрыться от облака. Я спрятался за какой-то автомобиль, и тут облако накрыло меня. Это было похоже на то, как если бы на тебя с крыши свалился огромный сугроб снега. Я чуть было не упал из-за этого, но оно было странно мягким. Мелкие жесткие кусочки покалывали мне руки и шею, но ничего не поранило меня.
Небо тут же потемнело. Было ощущение, будто я ослеп. Не успел я подумать о том, что ничего не вижу, как стал задыхаться. На линзах моих очков скопился толстый слой пыли и грязи, поэтому я быстро положил их в карман и натянул на рот воротник рубашки, пытаясь использовать его как фильтр. К моему удивлению это сработало. Я повернулся, и не зная, куда идти, пошел вместе с толпой. Я был в прямом смысле слова покрыт пылью. Глаза кололо от пыли, болело горло из-за того, что я успел подышать тем воздухом до того, как начал использовать свой "фильтр".
Я прошел еще несколько кварталов, прежде чем заметил просветление в небе. Здесь на земле было около пяти сантиметров пыли и пепла, и это было похоже на только что выпавший снег. Когда ты проводил по ней ногой, пыль повисала в воздухе и очень-очень медленно опускаясь на землю. Люди вокруг меня, покрытые пылью и пеплом, были похожи на зомби. На их щеках были следы от слез из-за раздражения глаз и переживаний. Все шли молча. Я подходил к нью-йоркской больнице, когда почувствовал, как земля снова задрожала. Падала вторая башня.
Я продолжал идти. Небо немного просветлело, и хотя район вокруг Всемирного торгового центра был дымящимся адом, у меня наступило чувство сильного облегчения. Я ощутил, что, наконец, нахожусь вне опасности. Хорошо быть живым. Я повторял эти слова снова и снова.
11-09-2003
Майкл Грейвс, Миннесота
Перевод Светланы Шкуратовой.

Трогательно...
У Вас нет случайно письма одного иракского или югославского ребёнка который мирно спит дома и в это время в его дом падает самая демократическая и добрая в мире бомба, убивает его родителей и оставляет его коллекой без рук и ног с обожённым телом?

Зачем вы так? Ведь эти люди не виноваты ни в чем. Стыдно

Ведь эти люди не виноваты ни в чём...
...всё правильно,люди не виноваты и то что погибло более 3000 людей это конечно трагедия.....,но никто не считал сколько погибло мирных иракцев во время бомбёжек,сколько людей погибло в Югославии от рук доблестной американской армии? Сколько гражданского опять же населения погибло в Хиросиме и Нагасаки? ....в Дрездене? список можно продолжать...,но об этих невинных жертвах "свободная" американская пресса предпочитает умалчивть....

Давайте помянем погибших и пусть Бог строго покарает виновных.
ДРЕЗДЕН 1945
Незомбированная часть человечества,возможно,меньшая,не обманывается относительно так называемого цивилизованного Запада.Хладнокровные убийцы в манишках,сияющие улыбками со всех телеэкранов мира, держат в своей власти мириады лакеев- журналистов, писателей,"ученых","историков",создающих и поддерживающих грандиозный миф об умилительных "общечеловеческих ценностях" - полупрозрачной ширме,прикрывающей ледяное корыстное бездушие Запада, умершего внутри себя и мстящего всему человечеству за собственную ущербность.
Но и сами "манишки" ведомы скрытыми от глаз миллионов вершителями судеб: супермафией банковско-финансовых воротил, для которых на планете не существует государственных границ. На этом уровне степень "оледенелости" еще большая. Здесь уже воспитался такой редкостный тип человекообразных, который ищет вдохновения в сатанински извращенных идеях.
Чтобы понять неслучайность происходящего,небесполезно будет приоткрыть одну из зловещих страниц последней мировой войны против Германии: бомбардировку Дрездена. Мы же прибегнем к изложению написанной и напечатанной в США крохотным тиражом статьи Джорджа Т.Паркера о колоссальном преступлении,въяве продемонстрировавшем миру талмудический оскал Запада. Преступлении,которое,быть может,станет в ряд символов,характеризующих суть Запада в XX столетии.
...В начале 1945 года самолеты союзников сеяли смерть и разрушение над всей Германией,но старинный саксонский Дрезден оставался среди этого кошмара островком спокойствия.
Знаменитый как культурный центр,не имевший военных производств,он был фактически ничем не защищен от ударов с неба.Лишь одна эскадрилья располагалась одно время в этом городе художников и ремесленников,но и ее уже не оставалось к 1945-му.Внешне могло сложиться впечатление,что все воюющие стороны отводили Дрездену статус "открытого города" согласно некоему джентельменскому соглашению.
К четвергу 13 февраля поток беженцев,спасающихся от наступ- ления Красной Армии,которая находилась уже в 60 милях,увеличил население города до миллиона с лишним.Иные из беженцев прошли через всякие ужасы и были доведены до полусмерти,что заставляло позднейших исследователей задумываться о пропорциях того,что Сталину было известно и подвластно,и того, что делалось без его ведома или помимо его воли.
Была масленица.Обычно в эти дни в Дрездене преобладала атмосфера карнавала.На этот раз обстановка была довольно мрачной.Беженцы прибывали с каждым часом и тысячи людей устраивались лагерями прямо на улицах,едва прикрытые лохмотьями и дрожащие от холода.
Однако люди чувствовали себя в относительной безопасности и хотя настроение было мрачное,циркачи давали представления в переполненных залах,куда тысячи несчастных приходили забыть на какое-то время об ужасах войны.Группки нарядных девчушек силились укрепить дух изнуренных песенками и стихами. Их встречали полупечальные улыбки,но настроение поднималось...
Никто в эти минуты не мог представить,что меньше чем через сутки эти невинные дети будут заживо сгорать в огненном смерче,созданном "цивилизованными" англо-американцами.
Когда первые сигналы тревоги ознаменовали начало 14-часового ада,дрезденцы послушно разбрелись по своим убежищам.Но без всякого энтузиазма,полагая, что тревога ложная.Их город никогда до того не был атакован с воздуха. Многие никогда бы не поверили,что такой великий демократ,как Уинстон Черчилль,вместе с другим великим демократом Франклином Делано Рузвельтом,решит казнить Дрезден тотальной бомбежкой.
Что двигало Черчиллем? Политические мотивы.Промышленность Дрездена производила только сигареты и фарфор, товары невоенные.Но впереди была Ялтинская конференция,на которой союзники намеревались членить измученное тело Европы. Черчилль и захотел разыграть "козырную карту" некое грандиозное англо-американское действо,которое произведет впечатление на Сталина,слишком самостоятельного и слишком умного,набравшего слишком большую силу.Эта карта,как оказалось позже,не сыграла в Ялте,поскольку плохая погода отменила запланированный рейд.Но Черчилль настаивал на том, чтобы рейд все же осуществился,где угодно, объясняя это необходимостью подавить волю германского населения в тылу.
Едва жители Дрездена разошлись по бомбоубежищам,на город была сброшена первая бомба в 22.09. 13 февраля 1945 года. Атака продолжалась 24 минуты. Город был превращен в море огня. Образцовое бомбометание по целям создало желаемый огневой шторм - это входило в расчеты склонного к юмору и любящего сигары "демократа".
Шторм начался,когда сотни меньших пожаров соединились в один - громадный. Гигантские массы воздуха всасывались в образовавшуюся воронку и создали исксственный смерч. Тех несчастных, которых поднимали вихри,швыряло прямо в пламя горящих улиц.Те кто прятался под землей,задыхались от недостатка кислорода,вытянутого из воздуха или умирали от жара,жара такой силы,что плавилось человеческое мясо и от человека оставалось влажное пятно.
Очевидец переживший это рассказывает: "Я видел молодых женщин с детьми на руках - они бежали и падали,их волосы и одежда загорались,и они страшно кричали до тех пор,пока падающие стены не погребали их".
После первого рейда была трехчасовая пауза.Затишье выманило людей из укрытий.Чтобы спастись от смертоносного жара,тысячи жителей направились в Гросс-Гартен,чудесный парк в центре Дрездена площадью в полторы квадратных мили.Но палачи все рассчитали...
В 01.22 начался второй рейд.Сигналы тревоги не сработали. Небо покрыло вдвое большее количество бомбардмровщиков с зажигательными бомбами на борту.Эта волна предназначалась для того,чтобы расширить огневой шторм до Гросс-Гартена и убить тех,кто был еще не убит.
Это был полный "успех" англо-американцев.В течение нескольких минут полоса огня пересекла траву,охватила деревья и загорелось все от велосипедов до ног и рук. Еще много дней после того все это оставалось под открытым небом страшным напоминанием о садизме союзников.
В начале второй атаки многие еще теснились в тоннелях и подвалах,ожидая конца пожаров. В 01.30 до слуха командира спасательного отряда, посланного в город с рискованной миссией,донесся зловещий грохот. Он так описывал это: "Детонация ударила по стеклам подвалов. К грохоту взрывав примешивался какой-то новый,странный звук,который становился все глуше и глуше. Что-то напоминающее гул водопада это бил вой смерча,начавшегося в городе".
Те,кто находился в подземных убежищах,умерли легко: они мгновенно сгорали,как только окружающий жар вдруг резко увеличивался. Они или превращались в пепел, или расплавлялись,пропитывая землю до трех-четырех футов в глубину - тому множество свидетельств.
После налета трехмильный столб желто-коричневого дыма под- нялся в небо. Масса пепла тронулась,покрывая теплые руины, в сторону Чехословакии. Один домовладелец в 15 милях от Дрездена нашел в своем саду целый слой рецептов и коробочек от пилюль из дрезденской аптеки. А бумаги и документы из опустошенного Земельного управления упали в деревне Лирна,почти в 18 милях от Дрездена.
Вскоре после 10.30 утра 14 февраля на город обрушилась последняя порция бомб. Американские бомбовозы "трудились" целых 38 минут. Но эта атака не была столь жестокой, как первые две,по масштабам, но не по сути.
Этот налет был характерен изощренным садизмом. "Мустанги" летели очень низко и расстреливали все,что двигалось,включая колонну спасательных машин,которые прибыли эвакуировать выживших. Одна атака была специально направлена на берег Эльбы,где после ужасной ночи сгрудились беженцы,а также раненые.
Дело в том,что в последний год войны Дрезден стал городом-госпиталем. Во время ночного массового убийства медсестры героически перенесли на себе тысячи искалеченных,перенесли к Эльбе. И вот низколетящие "Мустанги" расстреливали этих беспомощных пациентов,как и тысячи стариков,женщин и детей,бежавших из города.
Когда скрылся последний самолет,почерневшие улицы Дрездена были усеяны мертвыми телами. По городу распространился смрад. Стая улетевших из зоопарка стервятников жирела на трупах. Повсюду шныряли крысы. Один из видевших все это сразу после бомбежки рассказывал: "У трамвайного депо была общественная уборная из рифленого железа. У входа, уткнувшись лицом в меховое пальто, лежала женщина лет тридцати, совершенно нагая. В нескольких ярдах от нее лежали два мальчика, лет восьми-десяти. Лежали, крепко обнявшись. Тоже нагие... Везде, куда доставал взгляд, лежали задохнувшиеся от недостатка кислорода люди. Видимо они сдирали с себя всю одежду,пытаясь сделать из нее подобие кислородной маски...".
Вот описание Дрездена через две недели. Оно принадлежит некоему швейцарцу. "Я видел, - говорит он,оторванные руки и ноги, изувеченные тела и головы,раскатившиеся по сторонам улиц. На площадях тела все еще лежали так плотно,что идти приходилось с предельной осторожностью".
Урожай смерть собрала богатый. Размеры дрезденского "Холока- ста" - 250 тысяч жизней, отнятых в пределах 14 часов. Это более чем втрое превосходит количество жертв Хиросимы (71879).
Апологеты союзников,оправдывая (!) эту бойню,приравнивают Дрезден к Ковентри. Но в Ковентри за всю войну погибло 380 человек,это нельзя сравнивать с убитыми в одночасье 250 тысячами. Кроме того,Ковентри был складом военных запасов,то есть законной военной целью. Дрезден производящий чашки и блюдца таковой не был.
Голливудская поделка "Блиц-Криг на Лондон" как и многие другие это всего лишь один из подленьких способов демонизировать врага вопреки действительным фактам. За всю войну Лондон потерял 600 акров земли, Дрезден за одну ночь 1600.
По иронии судьбы единственная цель в Дрездене которая с большой натяжкой могла бы считаться военной - железнодорожное депо,союзниками не бомбилась. Защитники "мировой демократии" были слишком заняты стариками, женщинами, детьми, ранеными.
Дрезденское убийство по масштабам своим и цинизму претендует на то,чтобы считаться самым подлым в истории. Но никто из летчиков-убийц,не говоря уж о "дядюшке Уинстоне",этаком благородном герцоге Мальборо,что-то не был замечен на скамьях подсудимых типа нюрнбергской.Напротив! Летчики были награждены медалями,Черчилль - монстр отдавший приказ о бойне в Дрездене был титулован и завершил свою карьеру "великим человеком". Биографы старательно вычистили из своих "объективных" писаний всякое напоминание о стремлении одного сумасшедшего "потрясти" других и убившего ради этого четверть миллиона мужчин, женщин и детей.
Сохранились фотографии этого всемирно-демократического зло- действа: еще целый Цвингер, жемчужина дворцово-паркового искусства и его руины,платформы с беженцами,идущие в спасительный Дрезден и горы трупов на площадях Дрездена,243 матери с детьми убитые только в одном из убежищ,разбитые машины спасателей,завернутые в бумагу трупы,сжигаемые массы мертвых тел,убитые дети.

>сколько погибло мирных иракцев во время бомб╦жек,сколько людей погибло в Югославии от рук доблестной американской армии?
Ну так сколько же? Просветите. Было ли их так много? Ш╦л ли сч╦т на тысячи? С чего Вы взяли, что их число можно сравнивать с числом погибших 11 сентября?
>Сколько гражданского опять же населения погибло в Хиросиме и Нагасаки? ....в Дрездене? список можно продолжать...,но об этих невинных жертвах "свободная" американская пресса предпочитает умалчивть....
С чего Вы взяли? По-моему эти данные широко доступны.

Просветите. Было ли их так много? Шёл ли счёт на тысячи?
...вы считаете что убийство только тогда преступление когда счёт идёт на тысячи?

Ну и бред Уже даже по стилю и языку начала статьи видно. Вы е╦ откуда взяли? Хотя фраза "талмудический оскал Запада." уже наводит меня на мысли о возможном источнике.
Не буду комментировать эту статью по пунктам. Скажу лишь, что
а) В Дрездене размещался крупнейший железнодорожный узел для переброски немецких солдат на восточный фронт
б) Число жертв было не 250000, а 25000. Нечего нули приписывать
http://www.dresden-online.de/index.php3/3965_1_1.html

Die aus dem alliierten Bombenangriff auf Dresden hervorgehenden Opferzahlen sind über die Jahre auf politisch korrekte Art ständig reduziert worden, in der Tat bis auf 35.000. Noch 1991 schrieb jedoch Juan Maler sehr logisch: "Wenn während des Bombenangriffs auf Hamburg im Juli 1943 55.000 Menschen den Tod fanden, dann können es in Dresden unmöglich weniger gewesen sein. Dabei muß berücksichtigt werden, daß Hamburg eine funktionierende Luftverteidigung besaß und die Bombenlast noch nicht einmal ein Drittel dessen betrug, was über Dresden niederging. [...] Irving konnte 135.000 Tote nachweisen. Allerdings liegen 480.000 amtlich erfaßte Bombenopfer vor. Darunter 37.000 Kleinkinder und Säuglinge, 46.000 schulpflichtige Kinder, 55.000 Kriegsversehrte, Kranke und Schwestern, Rotkreuzhelferinnen und Pflegepersonal, 12.000 Rettungsmannschaften, Feuerwehr, Sanitäter, Luftschutzhelfer und Luftschutzpolizei. Es scheint auch völlig absurd, in Anbetracht der zum Zeitpunkt des Angrffs mit 1.200.000 Menschen vollgestopften Stadt [einschließlich rund 600.000 Flüchtlingen; Scriptorium] und bei mehr als 700.000 von 9.000 Kampfflugzeugen abgeworfenen Bomben von 35.000 Toten [oder auch 135.000; Scriptorium] zu sprechen. Vielmehr kamen auf zwei Einwohner eine Bombe." (Juan Maler, Die Unvollendete, Buenos Aires 1991, S. 28-29.)