https://www.facebook.com/share/v/14MEnstAqxD/

https://www.facebook.com/share/v/1DLm9rVttA/

https://www.facebook.com/share/v/1DLm9rVttA/

https://www.facebook.com/share/v/16djgr7nH6/

https://www.facebook.com/share/r/1MgsMHWTyg/

https://www.facebook.com/share/r/1DFRF6zZwe/

https://www.facebook.com/share/v/14UscUsVuZM/

https://www.facebook.com/share/v/1C8CW8BVAd/

https://www.facebook.com/share/v/1ECFgov7Cw/

https://www.facebook.com/share/v/1DUYFgkBQh/

https://www.facebook.com/share/v/1HMLkSp1Gv/

https://www.facebook.com/share/v/1KJK1UWNPp/

Марина Гершенович

***

Дело, послушай, лишь в том —

каждому есть что беречь

Вот у неё — дом

А у него — меч

А у тебя — дочь

А у меня — речь

Выхода попросту нет —

мы в параллельных мирах

Вот у неё — бред

А у тебя — страх

А у него — зет

А у меня — прах

Всё-то, что общего есть —

это земная юдоль

Вот у тебя — месть

А у меня — боль

Сколько Земле лет?

Горе — не от ума

Бог и без нас — Свет

Мы без Него — тьма

"Я ждал её всю жизнь, но понял это только в 55"

Квентин Тарантино. Имя, которое звучит как взрыв в кадре, как выстрел, как диалог, от которого замирает сердце. Человек, который всю жизнь снимал кино, будто это его религия, его единственная любовь. Он не просто не спешил жениться — он открыто говорил: "Мне это не нужно". А потом появилась она. И всё изменилось.

Но давайте по порядку. Израиль, 2009 год. На премьеру "Бесславных ублюдков" Тарантино приезжает с привычным для него багажом — слава, гениальность и вечный статус холостяка. Среди зрителей — Даниэлла Пик, певица и модель, с глазами цвета Средиземного моря. Они встретились, обменялись парой фраз, улыбками. И разошлись. Как будто ничего не произошло. Но вы ведь знаете, как бывает с такими встречами. Они остаются в голове, как навязчивый саундтрек.

Потом начались их странные отношения. Девять лет на качелях. То вместе, то снова порознь. Она мечтала о семье, он мечтал о новом фильме. Она хотела стабильности, он — свободы. "Даниэлла давала мне понять, какой могла бы быть наша жизнь, — говорил Квентин. — Но на тот момент я был не готов. Я ещё снимал своё кино".

И вот 2017 год. Ему 54. День рождения. Даниэлла не приехала. Он остался один, среди толпы гостей, с чувством, которое, кажется, раньше не испытывал. Потеря. Нет, не от того, что её не было рядом, а от того, что она могла не вернуться. И тогда он сделал то, что, возможно, сам от себя не ожидал. Он позвонил ей и сказал: "Я хочу, чтобы ты стала моей женой".

"Я всегда думал, что не женюсь, потому что не встречу ту самую. А потом понял: я просто ждал её", — признается он позже.

Они поженились в 2018-м. Ему 55, ей на двадцать лет меньше. В 2020 году в их жизни появляется сын Лео. Нет, не в честь ДиКаприо, как вы могли подумать. Просто имя красивое. А через два года — дочь.

Сейчас они живут в Израиле. "Я смотрю на неё, на наших детей, — говорит Тарантино, — и понимаю: это лучшее кино, которое я когда-либо снял. Только на этот раз я не за камерой. Я в кадре".

Вы бы смогли вот так — перевернуть свою жизнь ради одного человека? А может, уже переворачивали?

История, где любовь не победила в один момент. Она просто тихо и неумолимо переписала сценарий.

Кахи было 22 года, когда он впервые в институте увидел Беллу Мирианашвили, свою первую и единственную любовь на всю жизнь. На момент их знакомства у Беллы уже была дочка от предыдущего брака – полуторагодовалая Нанука.

18-летняя студентка заняла все мысли Кахи Кавсадзе. Он просто всюду ходил за нею и только смотрел, думая, что совершенно недостоин такой красавицы. Но в итоге все же набрался смелости и познакомился с ней.

Он ухаживал очень галантно: дарил цветы и водил Беллу на концерты. Так продолжалось долгих 12 лет.

За это время Белла стала довольно известной в Тбилиси актрисой.

Кахи и Белла ходили друг к другу в гости, но о создании семьи никто не заговаривал. Кахи принципиально не хотел объясняться в любви, считая, что его поступки говорят сами за себя. Белла считала, что инициатива создания семьи должна исходить от мужчины. Всё это прекратила мама Кахи. Она как-то сказала: «Хватит! Кончайте это дело!»

И они поженились.

В 1969 году Кахи Кавсадзе пригласили на роль Черного Абдуллы в фильме «Белое солнце пустыни». По сценарию он играл многоженца, а в действительности всегда был верен только жене.

Дело было на съемках картины «Белое солнце пустыни». Белла тогда приехала к мужу в Ленинград. В этот день снимали в павильоне «Ленфильма» откровенную по тем временам сцену: Кавсадзе лежит, а на нем одна из его «жен», совершенно обнаженная (в итоге эта сцена не вошла в фильм, ее просто вырезали). Для Кахи Кавсадзе такая сцена была тяжелым испытанием. Он улегся в постель, естественно, в брюках, на него уложили актрису, которая нежно кормила Кахи виноградом. По воспоминаниям Кавсадзе, для него это было настолько неприемлемо и стыдно, что актер попросил всех выйти из павильона.

– Мотор! Камера!

Вдруг открывается дверь павильона и на пороге появляется Белла. Режиссер Владимир Мотыль закричал: «Посторонние на площадке!», а в ответ прозвучало: «Я не посторонняя, я жена Кавсадзе». Тут она увидела сцену с «женой» и смутилась: «Продолжайте-продолжайте, не буду вам мешать».

Несмотря на то, что Абдулла – герой отрицательный, именно эта роль принесла Кахи Кавсадзе всенародное признание. А цитаты его героя стали крылатыми. Кахи старался играть не бандита, а человека, защищающего всё, что ему дорого: отцовский дом, землю предков. Играл он настолько реалистично, что, когда фильм показывали в кишлаках Афганистана, зрители от волнения начинали палить из ружей в экран, чтоб … помочь Абдулле в борьбе против неверных…)

… Любовь к жене часто заставляла Кахи Кавсадзе отказываться от съемок, чтобы не покидать ее. Когда актера пригласили на роль Дон Кихота, он тоже собирался отказаться. Как выдержать четыре года съемок вдали от дома, вдали от Беллы?! Но супруга сказала: «Мне будет очень трудно без тебя, но я себе никогда не прощу, что ты отказался от такой роли».

Кахи и Белла прожили вместе 26 лет, но судьба отмерила им лишь 3 года безоблачного счастья.

Кахи мечтал о сыне, и его желание исполнилось. Хотя при этом пришлось заплатить дорогую цену. Белла носила под сердцем второго ребенка – долгожданного сына. На пятом месяце беременности она подхватила вирус гриппа и с температурой 40 отправилась в театр отработать утренний спектакль, потому что замены ей не было.

Грипп дал серьезные осложнения, началось воспаление легких, но лечилась молодая женщина народными средствами, боясь антибиотиками навредить будущему малышу. Ираклий родился совершенно здоровым, а Белла вскоре начала жаловаться на то, что ей трудно ходить. У нее началось воспаление нервных окончаний. Вначале отказали ноги, и она перестала передвигаться. Но муж никогда не давал ей почувствовать себя обузой.

У нее отказали ноги. 20 лет Белла провела в инвалидном кресле.

Супруги думали, что это пройдет. Но не прошло. Во всех своих заграничных поездках Кахи искал лекарства, способные поднять жену с постели, стимуляторы. Но чем больше Белла теряла позиции, тем сильнее становилась. Двадцать лет она провела в инвалидном кресле. При этом не переставала любить мужа, поддерживать его во всем и сама не падала духом.

Белла протестовала, когда о ней говорили: «Ой, какая несчастная!»

– Почему я несчастная? У меня прекрасный муж, известный, сильный. У меня внук.

Кахи тоже считал, что нельзя хотеть всё и иметь всё. И потому безропотно переносил болезнь жены.

Он выносил ее на руках, усаживал в машину, и любимая Белла всегда была с ним рядом.

Он был счастлив с этой женщиной, его любовь к ней не изменилась из-за ее недуга.

Да, ему иногда было сложно заниматься воспитанием детей, помогать жене и обеспечивать семью. Но он был счастлив, несмотря на трудности.

Но однажды Беллы не стало. Кахи позвонил ей из другого города, и она сказала по слогам одно единственное слово: «Приезжай». Он прилетел домой, а через сутки, 28 августа, на Успение Божией Матери 1992 года, ее не стало. Последние минуты рядом с любимой запомнились навсегда. Она лежала, Кахи стал о чем-то спрашивать. Белла не отвечала. Потом неожиданно сказала ему по-русски: «Оставь меня в покое. Не лишай блаженства». И с этими словами отошла…

Время шло…. Вокруг актера вились поклонницы, но он по-прежнему хранил верность своей второй половинке. Кахи был с ней настолько счастлив, что, хотя уже столько времени прошло, он и не думал жениться снова. …. Кахи Кавсадзе прожил долгую плодотворную жизнь. Он сыграл 98 ролей в кино и более 100 ролей в Тбилисском академическом театре имени Шота Руставели. Немного не дожил до своего 86-летия, скончавшись 27 апреля 2021 года.

Похоронили его рядом с женой по его же просьбе, чтобы им уже никогда не разлучаться.

Нам говорят - он маленького роста,

на первый взгляд тщедушный и хромой,

а нам он нравится... его мы любим просто:

он, хоть и маленький, зато большой герой.

Прошёл войну, как нож проходит масло,

оставив ей на память часть ноги,

но жажда жизни с годом не угасла -

копил талант, чтоб отдавать другим.

Он был красив! Да, да... тут не описка,

пленял чудесным тембром всех и вся,

ценил Искусство, зрителя так близко,

как Паниковский обожал гуся.

Интеллигент, мудрец, как мир глубокий,

с огромным сердцем, трепетной душой,

в компании был центром без мороки,

с достоинством, искрясь, по жизни шёл.

Чуть грустный "фокусник", свой голос он доверил

десяткам кукол, персонажей, лиц,

и "эру милосердия" ждал... верил -

она придёт без штампов и границ.

Наш маленький, огромный Друг, Зиновий!

Твои труды не пропадут за зря,

мы Вас любили, любим, ждём и помним.

И свечи Ваши в нас всегда горят...

04.12.2014

СЕМЬ ПРИЗНАКОВ СВОЕГО ЧЕЛОВЕКА

Недавно меня спросили, как распознать своего человека.

Первое, что пришло в голову, - радость. Все влюбленные на первых порах испытывают эйфорию, так работают гормоны любви. Радость от встречи со своим человеком другого рода - радость от того, что этот человек есть на земле. Он такой, со всеми своими качествами, способностями и характером, живет в этом мире. Эта радость не столько о себе: "Как мне хорошо рядом с ним", сколько о том, как хорошо, что он вообще существует.

Со своим человеком, конечно, хочется быть в отношениях, но ты не привязан до смерти к этому результату. Тебе хорошо тогда, когда ему хорошо. Даже если невозможно или не получается быть вместе, ты счастлив от того, что его душа живет и находит счастье.

Со своим человеком ты чувствуешь принятие, которого, возможно, никогда не было в твоей жизни. Тебя принимают со всеми потрохами, в злости, в истерике, временами не очень красивым, иногда не очень умным, в стыде и в эгоизме, в общем, живым и несовершенным. Однако свой человек - не терпила, только он может из глубины своей любви сказать, где ты оступаешься, где ты делаешь больно.

Со своим человеком становишься больше, как личность. Развитие происходит по многим направлениям. Со своим человеком полнее раскрываются способности, оформляются собственные цели и планы, происходит профессиональное продвижение, женственность/мужественность раскрываются в полном объеме, расширяется сфера интересов и увлечений. Со своим человеком чувствуешь себя полноценным, завершенным, уверенным.

Со своим человеком спокойно. Это не значит, что люди избавлены от ссор и конфликтов, это значит, что есть ощущение глубокого спокойствия, будто бы душа нашла свой приют. Конфликты же не разъединяют, а развивают личности партнеров и сами отношения.

Со своим человеком нет традиционных мужско-женских игр даже на этапе сближения. Флирт, кокетство - да, сознательные манипуляции и причинение боли - нет. Общение происходит с ощущением важности и равноценности друг друга. Игры во власть-подчинение возможны только на этапе проработки своих бессознательных сценариев.

Со своим человеком растет осознанность. Тоньше чувствуешь, ярче воспринимаешь жизнь. Больше понимаешь о себе, вскрываешь больное и неосознанное, с понимаем относишься к его и своим травмам. Принятие распространяется и на опыт, и на то тяжелое, что в нем было. В каком-то смысле люди в такой паре исцеляют друг друга.

Встретить своего человека - большое счастье и большое испытание. Чтобы все описанное получать от другого человека, надо научиться это давать. Иначе как бы ты ни хотел этой встречи, ты окажешься неготовым к ней. Эта встреча вскроет твои привычные схемы и модели и предъявит требования пересмотреть свои убеждения. Но счастье, которое несут отношения со своим человеком, стоят этого душевного труда.

Любите и будьте взаимно любимы.

Лилия Ахремчик

**Als 740 Kinder dem Meer überlassen wurden und die Welt „Nein“ sagte, sagte ein Mann „Ja“.**

Es war das Jahr **1942**.

Im Arabischen Meer trieb ein Schiff wie ein schwimmender Sarg.

An Bord befanden sich **740 polnische Kinder** – Waisen, die die sowjetischen Arbeitslager überlebt hatten, in denen ihre Eltern an Hunger, Krankheit und Erschöpfung gestorben waren. Sie waren nach Iran geflohen, doch das Schlimmste stand ihnen noch bevor: **Niemand wollte sie aufnehmen.**

Hafen um Hafen entlang der indischen Küste schloss das **Britische Empire** – die mächtigste Macht jener Zeit – seine Tore.

„Nicht unsere Verantwortung. Fahrt weiter.“

Die Nahrung ging zur Neige.

Medikamente waren aufgebraucht.

Und die Hoffnung – dieselbe Hoffnung, die diese Kinder bisher am Leben gehalten hatte – wurde gefährlich zerbrechlich.

Die zwölfjährige Maria hielt die Hand ihres sechsjährigen Bruders. Sie hatte ihrer sterbenden Mutter versprochen, ihn zu beschützen.

Doch wie schützt man jemanden, wenn die ganze Welt entschieden hat, dass er nicht leben darf?

Da erreichte die Nachricht den kleinen Palast von **Navanagar** im heutigen Gujarat.

Der Herrscher war **Jam Sahib Digvijay Singhji**.

Ein Fürst von begrenzter Macht in einem von den Briten kontrollierten Reich.

Kein großes Heer. Keine Kontrolle über die Häfen. Keine Verpflichtung einzugreifen.

Seine Berater berichteten:

— „Siebenhundertvierzig Kinder treiben auf See, nachdem die Briten ihnen die Aufnahme verweigert haben.“

Der Maharadscha fragte ruhig:

— „Wie viele Kinder?“

— „Siebenhundertvierzig, Eure Hoheit.“

Ein Moment der Stille.

Dann sagte er:

— „Die Briten mögen meine Häfen kontrollieren.

Aber sie kontrollieren **nicht mein Gewissen**.

Diese Kinder werden in Navanagar anlegen.“

Man warnte ihn:

— „Wenn Ihr Euch den Briten widersetzt …“

— „Dann werde ich es tun.“

Und er sandte die Botschaft, die **740 Leben rettete**:

— „Ihr seid hier willkommen.“

Im August 1942 lief das Schiff unter der gnadenlosen Sommersonne in den Hafen ein.

Die Kinder stiegen an Land wie Schatten – zu schwach zum Weinen, vom Leid dazu erzogen, nichts mehr zu erwarten.

Der Maharadscha wartete am Pier.

Ganz in Weiß gekleidet, kniete er nieder, um auf Augenhöhe mit den Kindern zu sein, und sagte – durch Dolmetscher – Worte, die sie seit dem Tod ihrer Eltern nicht mehr gehört hatten:

— „Ihr seid keine Waisen mehr.

Ihr seid jetzt meine Kinder.

Ich bin euer **Bapu** – euer Vater.“

Er baute kein Flüchtlingslager.

Er baute **ein Zuhause**.

In **Balachadi** erschuf er ein kleines Polen auf indischem Boden:

polnische Lehrer, vertrautes Essen, Kinderlieder, Unterricht, Gärten – sogar einen Weihnachtsbaum unter tropischem Himmel.

„Das Leid versucht, euch auszulöschen“, sagte er.

„Eure Sprache, eure Kultur, eure Traditionen sind heilig.

Hier werden sie weiterleben.“

Vier Jahre lang, während die Welt im Krieg brannte, lebten diese Kinder nicht als Flüchtlinge – sondern als **Familie**.

Der Maharadscha besuchte sie, kannte ihre Namen, feierte Geburtstage, tröstete Angehörige, die glaubten, ihre Kinder nie wiederzusehen.

Er bezahlte Ärzte, Nahrung, Kleidung – alles aus seinem eigenen Vermögen.

Als der Krieg endete und der Abschied kam, flossen viele Tränen.

Balachadi war das einzige Zuhause, das sie je gekannt hatten.

Heute sind diese Kinder Ärzte, Lehrer, Eltern, Großeltern.

In Polen tragen Plätze und Schulen den Namen **Jam Sahib Digvijay Singhji**.

Er erhielt die höchste Auszeichnung des Landes.

Doch sein wahres Denkmal ist nicht aus Stein.

Es sind **740 Leben**.

Und diese Leben erzählen ihren Enkeln bis heute die Geschichte eines indischen Königs, der, als die ganze Welt die Türen schloss, dem Leid ins Gesicht sah und sagte:

— **„Jetzt seid ihr meine Kinder.“**

50😍 Ура, наконец-то!🥳

Я ждала этой даты два года, с тех пор как натолкнулась на цитату Виктора Гюго: «Сорок — это старость юности, а пятьдесят — молодость старости»

Так захотелось омолодиться!!! Кое-как дождалась🤣

С чем пришла? Да примерно с тем же, что и все. Со знаниями.

А многие знания, как известно, умножают многие печали.

Одно из таких печальных знаний… у нас ничего нет, кроме времени.

Это единственная валюта, которая есть. И больше ничего.

Всё остальное иллюзии.

За всё в жизни мы платим временем.

Не деньгами, не усилиями и не нервами. Только временем.

Хорошо бы понять это пораньше.

Но и сейчас не поздно. Просто надо следить за тем, куда и на кого ты тратишь своё время.

И вот мои два простых правила, которые его отлично экономят:

1. Если мне кажется, то мне не кажется.

2. Если надо объяснять, то не надо объяснять.

Юлия Софонова

Было 11 часов вечера, когда зазвонил телефон. Клинтон только что пережил одну из самых тяжёлых и личных президентских кампаний в современной истории, а Буш-старший потерпел поражение, которого он никак не ожидал. Однако вместо того, чтобы впасть в горечь, Буш позвонил своему сопернику и сказал нечто удивительно великодушное. Он сказал Клинтону, что кампания окончена, что стране нужна его победа, и что он полон решимости обеспечить самый плавный переход власти в истории. Затем он задал простой вопрос: «Чем я могу помочь?»

Что делает этот момент таким примечательным, так это эмоциональное состояние Буша в тот момент. Друзья и помощники позже рассказали, что поражение опустошило его. Он всю жизнь посвятил государственной службе, от пилота времён Второй мировой войны до конгрессмена, посла, директора ЦРУ, вице-президента и президента. Он считал, что заслужил второй срок. Когда избиратели выбирали другой вариант, это воспринималось им очень лично. Это было не просто политическое поражение. Это был удар по его чувству идентичности и цели.

И всё же, почти сразу же, Буш предпочёл сдержанность обиде. Он выбрал ответственность, а не эго. Вместо того чтобы усложнять переходный период или молча залечивать раны, он переключился в режим наставника. Он относился к Клинтону не как к человеку, который его победил, а как к будущему защитнику нации. Президентство, по мнению Буша, было важнее, чем кто-либо из них.

Глава администрации Белого дома Джеймс Бейкер позже раскрыл нечто ещё более показательное. За несколько недель до выборов, пока многие советники были полностью сосредоточены на победе, Буш тихо поручил своей команде начать подготовку материалов для переходного периода на случай поражения. Он прямо сказал им, что не будет президентом, который саботирует своего преемника из-за злобы. Американский народ, сказал он, сделал бы свой выбор, и этот выбор заслуживает уважения и уважения. Некоторые помощники были ошеломлены. Они ожидали гнева. Вместо этого они увидели дисциплину и достоинство.

После инаугурации Клинтона Буш оставил в ящике стола в Овальном кабинете рукописное письмо. Оно начиналось с записки сочувствия. Он написал, что, когда четыре года назад впервые вошёл в кабинет, он испытывал то же чувство благоговения и ответственности, которое сейчас испытывал Клинтон. Далее он дал Клинтону глубоко личные советы. Он предупредил Клинтона о сокрушительном давлении, связанном с этой работой, призвал его беречь время, проведённое с семьёй, и напомнил, что критики всегда громче сторонников. Миллионы американцев, писал Буш, болели бы за него, даже если бы не голосовали за него.

Позже Клинтон сказал, что это письмо растрогало его до слёз. В самые трудные моменты начала своего президентства он перечитывал его несколько раз. Он хранил его в своём столе на протяжении всего своего пребывания в должности. Спустя годы он сказал Барбаре Буш, что щедрость её мужа коренным образом изменила его отношение к политическим оппонентам. Они были не врагами, сказал Клинтон, а временными хранителями чего-то гораздо большего, чем они сами.

Этот урок остался с ним. Долго после того, как оба мужчины покинули свои посты, между Бушем и Клинтоном завязалась настоящая дружба. Они работали бок о бок в рамках глобальных усилий по оказанию помощи после разрушительного цунами в Индийском океане, а затем и после урагана Катрина. Наблюдать за их совместной работой удивило многих американцев. Бывшие соперники легко смеялись, доверяли друг другу и говорили с взаимным восхищением. Клинтон часто говорил репортёрам, что Буш мог бы отнестись к нему холодно или враждебно после выборов, но вместо этого отнёсся к нему с уважением и изяществом. Этот единственный поступок, по словам Клинтона, изменил его понимание лидерства.

Самое сильное в этой истории - это время. Буш не проявил изящества, находясь в состоянии триумфа. Он сделал это в самый тяжёлый для себя момент в своей профессиональной карьере. Он был ранен. Он был разочарован. Он истекал кровью от поражения. И всё же он поставил страну на первое место.

Этот выбор раскрывает нечто важное о демократии и характере. Истинный патриотизм измеряется не тем, как вы ведёте себя, когда побеждаете. Он проявляется в том, как вы действуете, когда проигрываете. Речь идёт о защите институтов, уважении воли народа и признании того, что лидерство - это временное доверие, а не личная собственность.

Джордж Буш-старший понимал, что демократия работает только тогда, когда те, кто уходит в отставку, делают это с достоинством, а тем, кто приходит на смену, оказывают поддержку, а не саботируют. В эпоху, часто определяемую горечью и разобщённостью, его пример кажется почти радикальным в своей порядочности.

Что запоминается, так это тихая человечность всего происходящего. Телефонный звонок поздно ночью. Рукописное письмо, оставленное в ящике. Решение помочь, а не помешать. Выбрав щедрость вместо обид, Буш показал, что даже в случае поражения можно руководить.