Что связывало Эриха Марию Ремарка с Марлен Дитрих?

22-го июня - годовщина со дня рождения популярного в бывшем Союзе немецкого писателя Ремарка. Мне его творчество очень запомнилось лаконичностью, точностью деталей, остротой проблематики. Ведь он так и не принял новый порядок нацистов. Недавно стало известно, что его и немецкую певицу Марлен Дитрих связывали несколько лет совместной жизни. Она тоже была эмигранткой. В какие годы они жили вместе? Во время войны вряд ли, скорее всего, после падения гитлеровского фашизма?

википедия - Дитрих - далее по ссылкам. www.elitarium.ru/2003/12/18/jerikh_marija_remark_marlen_ditrikh_daty_ivst...

В Германии Ремарк хотя уже и не персона non grata, тем не менее единственное что есть о нём - скромная экспозиция на его Родине - в Оснабрюке

...и у вас наверняка есть целый фотоальбом, посвященный этой экспозиции.

нет
А Оснабрюк - есть
PS Делаю вид что не понимаю подъ

Книга "триумфальная арка" посвящена Марлен Дитрих, и образ певицы из книги списан с Марлен Дитрих.
Еще их связывала конечно же любовь, существует книга (издана также на русском языке), где опубликованы письма Ремарка к Дитрих. Писем Дитрих к Ремарку сохранилось мало, говорят, ревнивая жена писателя уничтожила их.
Ссылка на немецкий оригинал: www.stephanmaus.de/serendipity/archives/89-Erich-Maria-RemarqueMarlene-Di...
Русское издание: http://books.minerjob.ru/showTov.asp?FND=&Cat_id=214228

Их связывал роман, изнуряющий обоих...

У Марлен Дитрих роман с Ремарком біыл далеко не единственным. Но увлечённость быстро проходила, оставив след. Затем - новая любовь... То есть этот роман певицы и писателя был для каждого из них не более, чем эпизодом в бурной богемной жизни. Наверное, в силу своей неординаронсти и притягательности их судьбы не могли не переплестись. Ну а вышло то, что и должно было выйти. В итоге - расстались, как в море корабли. Хотелось бы узнать, есть ли в их отношениях яркие страницы, а не просто сентиментальные охи-ахи. Или же никто из них не желал усложнять жизнь себе и другому?

Отношения Ремарка и Дитрих только с виду были естественными и легкими, а на деле складывались непросто. И завершились они драмой, которая нашла отражение в их переписке, в самых прекрасных, самых страстных и самых печальных любовных письмах. В итоге перед нами последняя великая история любви в XX веке, грандиозная иллюзия, полная лжи и самообмана, но освещенная изнутри бенгальским огнем образов Ремарка.
Дитрих любила рассказывать о своей первой встрече с Ремарком. Знакомство, по воспоминаниям Марлен Дитрих произошло следующим образом. Она сидела за ланчем с фон Штернбергом, когда к их столику подошел незнакомец.
- Герр фон Штернберг? Мадам?
Дитрих не выносила, когда к ней подходили незнакомые люди, но низкий голос незнакомца заинтриговал ее. Она отметила тонкие черты лица, чувствительный рот, соколиные глаза, смягчившиеся, когда он склонился к ней.
- Разрешите представиться? Я Эрих Мария Ремарк.
Дитрих протянула руку, он почтительно поднес ее к губам. Фон Штернберг сделал знак официанту принести стул и обратился к Ремарку:
- Присоединяйтесь к нам!
- Благодарю. Вы позволите, мадам?
Дитрих, очарованная его безупречными манерами, слегка улыбнулась и кивнула.
- Вы слишком молоды для автора величайшей книги нашего времени, - сказала она, не сводя с него глаз.
- Я написал бы ее лишь для того, чтобы услышать, как вы произносите эти слова своим завораживающим голосом. – Ремарк щелкнул золотой зажигалкой, давая ей прикурить.
Она обхватила своими бледными пальцами его бронзовые от загара руки и втянула в себя дым. Фон Щтернберг, непревзойденный режиссер и кинооператор, тут же ретировался: он с первого взгляда оценил средний план великой любовной сцены.
Они проговорили до рассвета. Разговор завершился неловким мучительным признанием Ремарка: он импотент. Его потрясла реакция Марлен: она была в восторге. Марлен давно надоело изображать вулкан страстей и на экране, и в жизни. Ей вполне импонировала роль музы.
Золотые закаты Венеции, песни гондольеров, рыбацкие деревушки, будто сошедшие с картин импрессионистов, любимое шампанское Ремарка "Дом Периньон" – все это было фоном для начинающегося романа. Потом – Париж. В будуаре Марлен в элитном бело-золотом отеле "Ланкастер" душно от белой сирени. Ремарк, казалось, скупил её по всей Франции. Успех временно изменил Дитрих, она попала в черный список Голливуда и в романе с Ремарком искала спасения от депрессии.

Она решила провести лето всей семьёй на модном курорте Антиб на юге Франции. "Вся семья" – это "мутти" Марлен Дитрих, "папи" Рудольф Зибер, её муж, дочь Мария тринадцати лет, её гувернантка Тами. И Ремарк. Супружеские отношения Марлен и Рудольфа закончились с рождением дочери, но они остались друзьями. Рудольф до конца своих дней официально считался мужем Марлен. "Любимый папи" был её доверенным лицом, советником, домоправителем. Марлен поверяла ему все свои любовные тайны, Рудольф почитал делом чести для себя достойно выглядеть в глазах её любовников. Впрочем, и он не был одинок. Тами, Тамара Матул, русская эмигрантка из дворянской семьи, самозабвенно любила Руди. Дитрих эту связь поощряла, как, впрочем, и все другие увлечения мужа, но Тами категорически запрещалось иметь детей.
Такова была странная "семья", которую была обретена Ремарком. И хоть он прикрыл лицо рукой, когда назойливые папарацци сняли его за столиком ресторана с Дитрих и её мужем, весь мир уже знал, что он любовник Марлен. В то лето Ремарк начал работу над романом "Триумфальная арка". Прообразом главной героини Жоан Маду стала Марлен Дитрих, а Равиком, эмигрантом из Германии, – он сам.
"Высокие брови, широко поставленные глаза, светлое таинственное лицо. Оно было открытым, и это составляло её тайну". Такой виделась Ремарку-Равику Марлен-Жоан.
Мария, дочь Марлен Дитрих, запомнила, что Ремарк писал от руки хорошо отточенным карандашом. Он всегда носил с собой коробку таких карандашей и жёлтый блокнот в линейку на случай, если вдруг придёт вдохновение.
Пока Ремарк трудился в затенённой комнате, Марлен подружилась на пляже с послом США в Англии Джозефом Кеннеди, отцом будущего президента. У Кеннеди-старшего была вилла по соседству, маленькая тихая жена, родившая ему девять детей, и репутация изрядного волокиты. Что Ремарк переживал в то время, как трансформировалось его отношение к Марлен? Все свои переживания он описал в романе "Триумфальная арка".
"У него было такое ощущение, будто чья-то сильная рука сдавила ему сердце. Он знал, что её упоение страстью – это упоение самой собой, хмельной дурман, яркая вспышка, дань минуте, не больше," – размышляет о своей возлюбленной Равик.
Чаще всего при размолвках, свои многочисленные письма к Дитрих Ремарк подписывал именно этим именем. А ещё он придумал маленького мальчика Альфреда. Когда Марлен порывала с ним, к ней обращался в письмах трогательный мальчик-посредник, называвший её "тётей Лени".
Но закончился сезон, и "семья" вернулась в Париж. Война была неизбежна, несмотря на подписание Мюнхенского соглашения. В это время Дитрих отправляется в Голливуд, чтобы получить американское гражданство. А чтобы скрасить ожидание она заводит роман с известным актёром Орсоном Уэллсом.
У Ремарка же, кроме Марлен Дитрих, ещё два предмета страсти – художественная коллекция и машина "лянча", словно сошедшая со страниц романа "Три товарища". Он называет машину "серой пумой", а Марлен – "золотой пумой". Коллекция Ремарка - это богатейшее собрание картин, среди них – работы Эль Греко, Ван Гога, Сезанна, Модильяни; редкие книги с иллюстрациями знаменитых художников, поистине музейные сокровища китайской династии Тан, бесценные ковры, много другого антиквариата.
Ремарк заботился переправить коллекцию сначала в Голландию, потом в Америку и сам следил за упаковкой экспонатов. Позднее он признался Дитрих: заключив, что война вот-вот начнётся, он думал не о судьбах мира, а лишь о спасении своей коллекции.
Летом 1939 года Ремарк снова приехал в Антиб, где его уже ждала "золотая пума". Ремарк представил её своему лучшему другу – "серой пуме". Марлен была в восторге. Это не помешало ей увлечься в то лето "пираткой" по имени Джо. Авантюристка и путешественница, владелица яхт и шхун, она бросила якорь в пристани Антиб. Она называла Дитрих "красоткой", и, к всеобщему удивлению, это сходило ей с рук. Вечерами Марлен наряжалась и отправлялась на яхту к своей возлюбленной, не первой и не последней в её жизни.
Позднее Кеннет Тайнен, известный английский литературный критик и один из многочисленных любовников Марлен, так объяснит "загадку Дитрих": "В ней есть секс, но нет пола".
Ремарк в это время продолжает работать над "Триумфальной аркой", правит ранние рассказы, а по вечерам напивается до бесчувствия. Он предоставил право своему герою Равику судить Марлен. Творчество заглушало боль днём, алкоголь – ночью. "Она принимала только то, что ей подходило, и так, как ей хотелось. Об остальном она не беспокоилась. Но именно это и было в ней самым привлекательным... Зеркало, которое все отражает и ничего не удерживает".
Дитрих снова пригласили в Голливуд. Сначала она отвергла это предложение, а потом устроила "семейный совет", в котором – очно и заочно – приняли участие муж и любовники – Джозеф Кеннеди-старший, фон Штернберг, Ремарк и "пиратка" Джо. Все настоятельно рекомендовали дать согласие. Перед отъездом Дитрих просит Ремарка позаботиться о её дочери Марии.
После подписания пакта Молотова–Риббентропа руки у немцев были на Западе развязаны. До Антиба они могли добраться за час. Пустив в ход свои могущественные связи, Дитрих забронировала "семье" билеты на пароход "Куин Мэри", отплывавший в Америку 2 сентября 1939 года.
Гитлер захватил Польшу. Великобритания и Франция уже были в состоянии войны с Германией, но в США война не чувствовалась.
В Нью-Йорке открылась Всемирная выставка. О Дитрих снова кричали заголовки газет, она снова была в зените славы. Газеты живописали новый роман Дитрих.
Когда "семья" прибыла в Голливуд, журналисты дознались, что с мужьями у Дитрих явный перебор. Возмутившись пуританскими нравами, Дитрих предложила Ремарку уехать в Нью-Йорк – самое подходящее, по её словам, место для блестящего таланта. Ремарк отказался, и тогда уехать пришлось мужу с гувернанткой Тами.
Дитрих жила в Беверли-Хиллз. Ремарк поселился в доме напротив. Он жил затворником, днём писал, а к вечеру, когда Марлен возвращалась со съёмок, рвал написанное. Мария называла его "Сирано с Беверли-Хиллз", соглядатаем чужой любви. "Он жил для того, чтобы услышать шум машины матери, подъезжающей к дому, телефонный звонок Марлен, что она одна и ему дозволяется, прокравшись через дорогу, заключить её в объятия", - вспоминает дочь Дитрих Мария.
Ремарк испытывал безмерное унижение как отвергнутый любовник и ненавидел себя за то, что не в силах отказаться от Марлен. За счастье слышать её голос, находиться с ней рядом он готов был выслушивать рассказы про очередного любовника, писать для неё любовные сцены, сочинять завораживающие фразы для обольщения заурядных киноковбоев.
Она блистала остроумием на светских раутах, повторяя слово в слово сказанное накануне Ремарком. А Ремарк-Равик рыдал в "Триумфальной арке": “Он смотрел на её лицо, заслонившее весь мир, вглядывался в него и понимал, что только фантазия влюблённого может найти в нём так много таинственного. Он знал – есть более прекрасные лица, более умные и чистые, но он знал также, что нет на земле другого лица, которое обладало бы над ним такой властью. И разве не он сам наделил его этой властью?"
Наконец Ремарк осознал, что больше не в силах выносить каждодневную пытку. Он снял дом в Брентвуде и купил двух ирландских терьеров. Дом предназначался для временного хранения коллекции, его единственного друга. Выход своим чувствам он давал, когда писал письма к Марлен.
Получив письмо, подписанное "Равик", Марлен приглашала его к себе, называла, по обыкновению, своим единственным, иногда позволяла любить себя. Ремарк знал цену её словам.
"Жила-была волна, любила утёс где-то в море... Она вздыхала и плакала, и молила: "Приди ко мне, утёс"... Она любила его, обдавая пеной, и медленно подтачивала. И вот в один прекрасный день утёс, уже подточенный, качнулся и рухнул в её объятия".
А Марлен уже присмотрела другой "утёс". Жан Габен заключил контракт с Голливудом. Он ещё только покинул оккупированную Францию и не подозревал, что Марлен ждёт его.
Ремарк переехал в Нью-Йорк. Уповая на время и расстояние как средства против разлуки, он всё ещё придумывал новые оправдания для Марлен. "Она производит тысячу оборотов в минуту, а для нас норма – сто, – говорил он Марии. – Нам нужен час, чтобы выразить любовь к ней, она же легко справляется с этим за шесть минут и уходит по своим делам".
Роман "Триумфальная арка" вышел в свет в конце 1945 года. Каково было Марлен Дитрих прочитать отповедь, данную ей Равиком-Ремарком: "Ты подлая стерва!.. Лгунья, – сказал он. – Жалкая лгунья... Убирайся ко всем чертям со своей дешёвой загадочностью... Один тебе нужен, видишь ли, для упоения, другому ты заявляешь, что любишь его глубоко и совсем по-иному, он для тебя тихая заводь... Что ты знаешь обо всём этом? Тебе нужно опьянение, победа над чужим "я", которое хотело бы раствориться в тебе, но никогда не растворится, ты любишь буйную игру крови, но твоё сердце остаётся пустым, ибо человек способен сохранить лишь то, что растёт в нём самом. А на ураганном ветру мало что может произрастать".
В письме к "любимому папи" из Парижа, датированном 5 декабря 1945 года, Дитрих писала: "Ремарк изображает меня хуже, чем я есть, чтобы интереснее подать себя, и добивается желаемого эффекта. Я намного интереснее его героини".
Равик смог порвать с Жоан, Ремарку Марлен была по-прежнему необходима.
В 1953 году Ремарк объявляет, что подумывает о женитьбе на Полетт Годдар. Дитрих на правах друга принялась его отговаривать. Она полагала, что Годдар движет корысть, ей нужна коллекция, а не сам Ремарк. Тогда, после пятнадцати лет страданий, Ремарк – в который раз! – предложил ей руку и сердце: в противном случае он женится на Годдар. И сдержал слово.
Возможно, Ремарк женился на Годдар, желая отомстить Дитрих. А может быть, ему нравились хищницы, "пумы"?
Если Марлен Дитрих, по его мнению, нужны были опьянение, победа над чужим "я", то Полетт Годдар – бриллианты. Её "символ веры", по словам Дитрих, был таков: "Никогда, ни за что не спите с мужчиной, пока не получите от него бриллиант чистой воды, по меньшей мере в десять каратов".
У Годдар был ларец из крокодиловой кожи, битком набитый крупными бриллиантами. Но это уже совсем другая история.
А это была история одного из величайших писателей XX века и одной из величайших женщин XX века, которая началась в сентябре 1930 года с первой встречи Эриха Мария Ремарка с Марлен Дитрих в баре отеля «Эден» в Берлине и закончилась 25 сентября 1970 года, когда Ремарк умирает в клинике «Сант-Аньес» в Локарно, а Марлен Дитрих посылает телеграммы к его смертному одру.
"Золотая пума" переживет Ремарка на долгих 22 года. Она оставит кино и будет жить затворницей в своей парижской квартире со знаменитыми "стенами памяти": на одной будут висеть ее собственные фотографии, а на другой - фото ее любовников. Дитрих будет много пить, откажется давать интервью и, по одной из версий, однажды примет слишком много снотворного. Незадолго до смерти, разглядывая старую, выцветшую от времени фотографию Ремарка, она признается своему секретарю Марию Зиммелю: "Боже, как я любила этого человека!". После смерти Марлен Дитрих ее дочь Мария решит подготовить к печати письма Ремарка, хранившиеся у матери, и обнаружит, что на них отчетливо видны следы слез...
Ремарк был похоронен на швейцарском кладбище Ронко в контоне Тичино, после его смерти его вдова Полетт Годдар сожгла все письма, которые написала Марлен Дитрих Ремарку...

спасибо!

Искренне благодарю за развёрнутый ответ! Судя по долготерпентю Ремарка, эта роковая пассия вдохновляла его на поистину великие произведения. Впрочем, не она одна. Романы Ремарка читаются легко. Ему доверяешь, ибо сюжетные линии, как и судьбы его героев, не высосаны из пальца, а взяты из жизни.

По воспоминаниям дочери, Дитрих всех изнуряла, подчиняла, подавляла своей любовью;)

Дочь Мария, будучи в тени славы своей матери, завидовала хоть бы и тому, что у той были молодые любовники. Как бы то ни было... Дитрих знают все. Но кто помнит, кто такая Мария Зибер?

Вдумчивый читатель всегда чувствует фальшь...

***Дитрих знают все. Но кто помнит, кто такая Мария Зибер?
=============
У каждого - своя слава. На детях знаменитостей природа отдыхает.

***Вдумчивый читатель всегда чувствует фальшь...
===========
Если можно - поконкретней. У Ремарка Вы нашли фальш? Или это Вы так, к слову?

Тоже заинтересовало.

Меня больше интересует Ремарк как писатель. Дитрих можно слушать, смотреть... Что было между ними - это их судьба. На первом плане из всего того, что осталось в памяти потомков, - творчество писателя. А его произведения - это неподражаемый стиль. Точность, лаконичность, динамика... Такое впечатление, будто читаешь репортёрскую хронику с места событий. Чтобы оценить Ремарка, надо почитать других авторов. Хотя бы американца Уильяма Фолкнера. Его "Авессалом, Авессалом..." - это противоположность всему литературному наследию не только Ремарка. Сравнивать авторов, правда, - не совсем корректно. Но ведь в сравнении мы познаём истину.

Нет фальши у Ремарка. Каждое предложение прожито и выстрадано. Моя реплика - обобщающая читательский опыт в целом.
Хотя, есть такое произведение у Ремарка, которое лично мне не понравилось - "Гэм". Это произведение относится к раннему периоду его творчества. Вы читали?

Прошу прощения, но тема ветки сформулирована как "Что связывало Эриха Марию Ремарка с Марлен Дитрих?"

Я тоже прошу прощения, но вам не идет эта авка. Я Вас представляла другим.

А что Вас так смутило? Мои рога? Зато (скорее согласитесь!!) с какой элегантностью я их ношу… На их остроконечьях большая любовь, неверность, сомнительный конец. Вполне в духе Э.М. Ремарка

Пишите Вы элегантней. К Ремарку я равнодушна (хотя кто-то из читальни Вас сравнивал с ним), к Вам - по-прежнему нет. Вас я вижу ярко-синим, черно-синим, более абстрактным и красивым;)




жемчужину можно убрать из-за гламура.

Все куда как проще - я не имею цвета... Так тоже бывает... Да и перо моё похоронено в склепе из обломков судьбы (немного патетично, но Вы же меня простИте?)) Но если вы равнодушны к Ремарку, то кто же Вас вдохновляет, волнует, спасает наконец?

тогда Вам подходит последняя картинка. Ракушка - это Я;)

кто сломал перо? Мы могли бы разыграть драму - новый материал для Вашего творчества.

требуете очередного признания? я подумаю.

никто. я гибну;) И разве искусство и литература способны спасти? Достоевский - утопист.

Тогда, прошу Вас, оставьте мне жемчужину! Она - это моя шляпа из дорогого фетра, лайковые перчатки и трость с набалдашником ввиде головы льва :)

Женщина, ступающая по краю пропасти, либо великая, либо созданная воспаленным воображением. Ах, какой волнующий образ!.. Пойдите, наденьте свой соболиный пелерин - Вы будете моей Дитрих

с удовольствием. Жемчужина - перл - Ваше творчество. Помните "родники мои серебряные, золотые мои россыпи"? - первое, что мне вспомнилось после прочтения Вашей Аделаиды.

боюсь, что второе. В том смысле, что я дурная;)

Дитрих любила мужские костюмы. Ничего, что я в джинсах? И кто будет за Жана Габена? мне он очень нравится.

Вы забыли указать источник
http://dnevnik.bigmir.net/groups/article/48078

Какая, право же, педантичность :) Но, нет... источник другой
Чужие дневники я читаю только в исключительных случаях :)
http://www.rol.ru/news/art/news/02/02/19_025
P.S. С Днем рождения Э.М. Ремарка

ну,а если дневники не чужие..а написаны в соавторстве?

и интересно, дневники, к примеру, Марины Влади или Роми Шнайдер - исключения или закономерности?

А Вы не путаете, случаем, дневники с мемуарами?
«26.08.2007г.
Здравствуй, милый дневник.
Давно не заглядывала, но ты меня простишь, конечно же. На улице целый день было душно, отчего пыль забивалась в поры на лице. Чувствую, завтра покроюсь прыщами. Как некстати. Скоро приезжает Он…Не хочется предстать перед ним в гнойных точках. Бегу умываться. Срочно под душ!!! Скорее в кроватку с батистовыми белыми простынями! И думать, мечтать о Нём… Представлять нашу первую встречу. Скорее бы утро!!! Спокойной ночи, дневник.»
Вам интересно было бы такое читать?
Мой пост про дневники был посвящен названию ссылки, где фигурирует слово "dnevnik"... и только

почему именно с мемуарами?

нет. но вам почему-то да.

а мой, как следствие вашего, - исключениям.

Ну... Придумать-то можно всё, что угодно... (а птом написать это Вам:))
------
Послушайте, мадам, не в моих правилах впадать в софистические измышления... В конце концов я отмечаю День рождения Э.М.Ремарка... Не мешайте мне пустым...

Ремарк в гробу перевернулся от радости. сходя туда, он вас благославил.
я вам не мешаю. по-моему, вы мне помешали.

то же, что связывает мужчину и женшину

***то же, что связывает мужчину и женшину
==========
Вашими устами глаголит истина! Однако же вопреки природным влечениям, для длительных гармоничных отношений, а не случайных мимолётных, должна быть изюминка. Вот именно нечто особенное и нашёл Ремарк в Дитрих. Нашёл в этой любвеобильной женщине то, чего не находил у других.Хотя умом и понимал, что ничего хорошего его союз с певицей не принесёт, но упорно шёл к ней, как мотылёк на свет.